Писатель Евгений Водолазкин: «В книгах бытие более осмысленное»

Писатель Евгений Водолазкин: «В книгах бытие более осмысленное»

(2 голоса5.0 из 5)

«Зачем читать книжки, когда есть интернет и можно «забить» в поисковике вопрос и сразу получить ответ?» – спрашивают дети, подростки и молодые люди. Следуя их логике, зайдем в сеть и поищем ответ у авторитетных для них личностей.

Вот что отвечает писатель Евгений Водолазкин, один из любимых авторов молодежи, чьи романы написаны из глубины христианского мировосприятия.

На своем канале в Интернете Евгений Германович размышляет так:

«Читать надо. Почему? Потому что если хочешь что-то узнать о чем-то подробно, то можно взять научную статью или, на худой конец, посмотреть в Википедии и прочитать там, например, о количестве больных малярией в Антананариву, если этот вопрос интересует. Но это так называемое «положительное знание».

Е. Водолазкин
Фото: commons.wikimedia.org, CC BY-SA 4.0

Есть и другое знание, другой опыт – эмоциональный. И вот интеллектуальный и эмоциональный опыт соединяет литература.

Литература, которая является маленькой моделью жизни, – это обогащение жизни.

Человек не может прожить несколько жизней, казалось бы; но в каком-то смысле – может.

Если это хороший текст и хорошая книга, то это становится его жизненным опытом, расширением его жизненного опыта.

И человек читающий фактически живет больше и глубже, чем те, кто не читают или читают мало.

Нельзя подходить к этому делу механически. Читают люди по-разному, одни и те же люди то читают, то не читают, и это нормально.

Вот у меня было так… Научившись читать в шесть лет, я читал очень много лет до тринадцати. Потом я был трудным парнем, книги меня не интересовали, меня интересовала жизнь в ее непосредственном проявлении. И тогда я не читал, потому что жизнь была круче книг.

Лет с шестнадцати снова стал читать, потому что тот опыт, который у меня появился, я хотел посмотреть: а таким ли он был у других. Стал читать и сравнивать.

Мне понадобилась уже не чистая жизнь, не чистое бытие, а бытие осмысленное, такое как раз в книгах. Поэтому, если вы хотите углубить свою жизнь, сделать ее как-то серьезнее, то мой искренний призыв – читайте».

Об авторе и его романах

Для читателей имя Водолазкина – не пустой звук, а, пожалуй, тот опознавательный символ, по которому легко отличить «своих» – близких по духу и христианским идеям.

Преподаватели института Иоанна Богослова в Москве на Международных Рождественских чтениях не раз отмечали, что этот автор – один из читаемых и обсуждаемых в студенческо-преподавательской среде.

Романы «Лавр» «Авиатор» стали бестселлерами, не меньший интерес у православного читателя вызывают «Совсем другое время», «Похищение Европы», эссе «Дом и остров», – они полюбились в России и за рубежом.

Все его книги обладают ярко выраженной христианской мыслью и ставят важные духовные вопросы.

Возможно, поэтому так увлеченно прочитывают каждый новый его роман преподаватели и студенты духовных вузов, семинаристы, духовенство, воцерковленные люди.

В феврале 2019 года Евгению Водолазкину присуждена литературная премия Александра Солженицына, в формулировке значится: «…за органичное соединение глубинных традиций русской духовной и психологической прозы с высокой филологической культурой; за вдохновенный стиль художественного письма».

Премия более 20 лет ежегодно вручается Фондом имени А. Солженицына российским авторам и авторам, пишущим на русском языке.

Для 55-летнего одаренного писателя, филолога и литературоведа Солженицынская премия – не единственная, в разные годы автор заслужил и другие высокие оценки своего творческого труда – премии «Большая книга» и «Ясная Поляна».

В конце 2018 года вышел новый роман Евгения Водолазкина «Брисбен». Множество мероприятий, посвященных событию, прошло в столице и в Санкт-Петербурге.

Для первого прочтения глав романа автор выбрал необычный формат – соединил чтение «Брисбена» и виртуозную гитарную игру Михаила Радюкевича (известного в России и в мире исполнителя из Санкт-Петербурга – преподает гитару в СпбВГИКе, является лауреатом музыкальных конкурсов всех уровней и аккомпанирует Олегу Погудину).

Бытие определяется сознанием

На одной из встреч с писателем в книжном кафе Московского дома книги сразу после выхода «Брисбена» читатели и журналисты задали автору несколько вопросов.

Почему «Брисбен»? – спросили Водолазкина. «Штука в том, что я до недавнего времени и сам не был уверен, что такой город существует. Брисбен символизировал недостижимую мечту – героиня, собираясь в Брисбен, считала, что это все изменит в ее жизни, что там можно обрести счастье, где же ему быть, как не в далекой точке.

Евгений Водолазкин
Фото: commons.wikimedia.org, CC BY-SA 4.0

Впервые делюсь, что ситуация с Брисбеном отчасти списана с истории моей матери.

Мама всегда хотела попасть в Париж, собрала деньги, и, чтобы получить разрешение на выезд, надо было пройти парткомиссию.

Увы, до Парижа она так и не добралась, так Париж мамы трансформировался в Брисбен.

Мой герой родился в том же году, что и я, у него те же перемещения в пространстве, и все же, Глеб Яновский – это не я. Я подарил герою отдельные факты биографии, был щедрым на раздачу деталей своей жизни, но чем выше сходство – тем глубже пропасть, он – совершенно другой человек.

Новый роман не минует события в России и на Украине, повествование органично переходит с русского на украинский, показывая родство и сходство языков, так что каждое слово вдруг становится понятным.

Но Евгений Германович подчеркивает аполитичность своего текста. «Мой герой не стремится объяснить что-то политически – его объяснения к политике не имеют никакого отношения. Многое ли вообще может объяснить в жизни политика и история?

Считаю, что бытие определяет наше сознание, и все войны и трагедии – результат агрессии в душах, которая искала выхода», – говорит писатель.

Так что в новом романе Водолазкин не изменяет своим принципам, для него главное – не внешнее действие и событийная канва, а то, что происходит во внутреннем мире героев, ведь, по авторской мысли, именно человеческое сознание, душевный и духовный мир способны влиять на ход событий.

История, по мнению писателя, состоит не из вех и дат, а из маленьких личных историй всех людей, и каждая деталь, важная для нас, важна и для Бога, и для мироздания.

Главное действие происходит внутри

Особенность романов Водолазкина – в том, что жизнь его героев резко меняется, он изображает их на душевном переломе. Мы спросили Евгения Германовича о нем самом.

Много лет он проработал в Пушкинском доме, занимался наукой, и вдруг начал писать художественные книги, пришло признание, а с ним – поездки по миру, выступления, общественная деятельность – его жизнь, получается, сильно изменилась. Не мешает ли слава творчеству и не искушает ли его как верующего человека?

«Жизнь действительно изменилась, и главное ощущение – что пространство впереди не так велико. В молодости хочется все услышать и узнать, много времени тратится впустую. Когда человек получает что-то в позднем возрасте, с одной стороны, есть время для работы, с другой – он понимает, как противостоять каким-то вещам.

У меня перед глазами – пример любимого учителя Дмитрия Лихачева, настоящая слава пришла, когда ему было под 80 лет – и, благодаря нему, я понял, что такое правильно обращаться со своей известностью.

Дмитрий Сергеевич нес ее чрезвычайно благородно и с достоинством. Как говорил он сам, жизнь его «перепутала» – когда он был молод и полон сил, он работал простым корректором в издательстве. Он научил сохранять достоинство и помнить, что в любых обстоятельствах надо держать себя в руках».

Второй вопрос был о том, как и когда Евгений Германович успевает творить, ведь у него очень плотный график, а пишущему человеку необходима некая «внутренняя комната» – уединение и настрой для полноценного писательства.

«Не хожу на утренние эфиры, поздно ложусь. Но особой творческой обстановки не нужно – пишу в самолетах, поездах, гостиницах.

У меня нет возможности и времени ждать вдохновение – это из области романтической, надо просто сесть и работать, а пишу я много. Кажется, Наполеон повсюду возил за собой ванную. Вот так и моя «внутренняя комната» – всегда при мне», – ответил автор.

В книге узнаваем особенный язык писателя, его многозначность, многослойность, глубина – тот самый упоминаемый им в романе супертекст, где слово в контексте обретает совсем иное звучание и становится намного больше своего смысла. Роман литературно безупречен, и, кажется, слово стало еще более емким.

Не приходите в отчаяние

О чем же роман? Многие СМИ бравурно пишут о герое – музыканте Глебе Яновском, который заболевает, но победоносно находит новые смыслы и заново начинает жизнь. Но такое оптимистическое восприятие не вполне отвечает авторской мысли и христианской концепции романа.

На самом деле, талантливый гитарист Глеб переживает тяжелый удар – болезнь, которую у него обнаружили, ставит крест на творчестве и, кажется, лишает его будущего. Но постепенно приходит духовное осознание истины, что прошлое прошло, личного будущего как такового не существует, и у каждого человека есть только настоящий момент.

А ведь «здесь и сейчас» – евангельское ощущение времени с упованием на «жизнь будущего века», где временная категория времени упраздняется («и времени не осталось»).

Что делать человеку, который чувствует обреченность и близкий финал земного бытия? Перед лицом смерти невозможно притворяться, каждый становится предельно искренним и настоящим.

И выход – в том, чтобы «отвергнуться себя и взять крест свой» – то есть от своей беды обратиться к другим людям, которые нуждаются в помощи.

Так тяжелобольная талантливая девочка с неслучайным именем Вера появляется в жизни Глеба. Вместе они пытаются начать новую творческую карьеру. Вроде бы герои обретают веру – но больную, угасающую, маленькую, обреченную.

Опираются на неё – и сразу теряют. Вера смертельно больна, она умирает. Возможно, этим поворотом сюжета Водолазкин передает правду о состоянии веры в современном мире.

Другой тревожный мотив – исчезнувшая мама Глеба Ирина, полетевшая за счастьем в Брисбен, которой вроде бы нет в действии, но все равно она присутствует в романе, и её многозначная история до конца не понятна.

«В романе действительно есть некая безнадежность – как первое чувство, которое охватывает человека, когда он узнает, что болен. Но мой герой пытается это чувство преодолеть, и главное послание моего романа, несмотря на боль: не приходите в отчаяние.

Когда человека охватывает неизлечимая болезнь, легких путей к утешению нет, и я дал те, которые видел.

А впередсмотрящая в финале романа на краю обрыва – это смерть. Она ловит нас на каждом шагу, и ей надо сопротивляться, как сопротивляется Ирина.

Ирину я решил оставить в качестве сущности метафизической. В действительности она, видимо, погибла, но в сознании Глеба продолжает присутствовать», – сказал автор о замысле произведения.

Точки опоры

Кроме потерь и испытаний, у героев есть и точки опоры – это любовь ближних и любовь к ближним, благодаря которым страдания обретают высший смысл, а смерть не кажется ни наказанием, ни концом, а только точкой на пути.

Романы Евгения Германовича объединены общим признаком – мыслью об условности времени и пространства, о невероятных и обжигающих пересечениях прошлого с будущим и настоящим, о моментах истины и «уколах» вечности.

Любимый парадокс Водолазкина, усвоенный от Дмитрия Лихачева – то, что, с одной стороны, времени нет – в божественном масштабе все события происходят одновременно.

Но, с другой стороны, все мы, живущие в материальном мире, накрепко заперты во времени, и лишь иногда способны выходить за его границы – через озарения, духовный опыт, встречу с искусством и в нем – с Богом.

Этой ошеломительной встрече и посвящена новая книга, которую мы рекомендуем прочесть и родителям, и их взрослым детям – старшеклассникам и студентам.

Валентина Киденко

Комментировать