Иван Великий
![](/otechnik/assets/build/html/27715/binary32.gif)
Иван Великий, колокольня до перестройки в конце XVIII века
В самом средоточии Кремля, на возвышенности площади, названной в последствии Ивановскою, возносит главу свою к небу Ивановская колокольня, которая с Царь-колоколом и Царь-пушкою причисляется к Московским чудесам. По беспримерной высоте своей и огромности в XVI и XVII столетиях, она превосходила все колокольни в Русском мире; по старой мере, в вышину от подошвы с крестом она 45 сажень, а по новой, только 38 сажень 1 1/2 арш.549. Как эпоха ее, так и самое строение весьма замечательны по материалам, форме, стилю и значению.
Пирамидальный фундамент ее из крупных известковых камней, или нетесей, как полагают, равняется со дном Москвы реки; цоколь ее из Белого камня; нижний ярус складен контрфорсом, а верх оканчивается венцом из диких камней, кои склепаны железными полосами. Масса ее из плотных тяжеловесных кирпичей; в стенах связана полосами брускового железа, переплетенными в разных направлениях. До четвертого яруса здание это восьмигранное, а пятый последний ярус цилиндрической фигуры, опоясанный надписью и увенчанный позлащенною главой с колоссальным восьмиконечным крестом; на верхней перекладине его вырезаны слова: Царь Славы.
Отдельно от двух пристроек к Ивановской колокольне с северной стороны она представляет столп550, каким и называлась в XVII столетии. Стиль ее более похож на Ломбардовизантийский; нижний горизонтальный обод главы украшен подзором из медных листов с вырезками. От подзора начинается цилиндр кирпичной кладки – масса колокольни, а снаружи окружают три пояса равной ширины, разделенные валиками, между коими помещена надпись. Пониже поясов фальшивые окна, коих места пролетов покрыты черною краской; в окнах, или пролетах второго, третьего и четвертого этажей висят колокола. Еще ниже сих окон окружают цилиндр колокольни золоченые бронзовые звезды, около коих с малою выпуклостью Мавританские наличники, а между ими к верху готические, островерхие шпили. С нижнего до верхнего яруса, постепенно уменьшаясь в размерах своих, она составляет одно стройное целое, в коем незаметны сии уступы. Соединяя в себе тяжесть и массивность с легкостью и смелостью, без готических разрезов и без излишних орнаментов, этот колосс совершенно удовлетворяет условиям силы и соответствует своему назначению, о котором мы скажем в последствии. Это настоящая Русская красота с более округленным, чем тонким станом, высокая, белая и с челом, обнаженным от мелочных украшений. Ее скорее можно назвать античною колонной, высеченною из одной скалы и похожею на башни в Генуе, Пизе и Павии.
Зодчим этой колокольни почитают какого-то Ивана Вилье, от которого будто и получила она название Ивана Великого; но ближе к этому бывшая прежде на сем месте и теперь находящаяся в недрах ее церковь во имя Св. Иоанна Лествичника, а может быть, и храм с колокольнею в Великом Новгороде, на Петрятине дворе, именовавшийся Иваном Великим551.
Основатель Великокняжеского престола в Москве, Иоанн Калита, украшая новую столицу Божиими храмами, в 1329 году поставил на площади своего детинца каменную церковь во имя Св. Иоанна Лествичника, вероятно, своего Ангела; от колокольни, при ней построенной, она слыла под колоколами. Сын его и преемник Симсон расписал ее в 1346 году552. При сооружении нового Успенского собора Фиоравенти-Аристотелем, в ней поставлены были мощи Первосвятителя Петра. На третьем веке своего существования церковь сия обветшала. По повелению Иоанна III, обогащенного сокровищами покоренного им Новгорода, зодчий Фрязин Цебон, вместо древней, в три года воздвиг новую каменную церковь, для коей Петр Фрязин слил колокол в 350 пуд.
В настоящем виде сооружение Ивановского столпа вероятно начато, не позднее, как в царствование Феодора Иоанновича и окончено во второе лето царствования Бориса Годунова, как значится в надписи под главою:
Изволенїемъ свѧтым Троицы, повелѣнїемъ Великаго Госдарѧ, Царѧ и Великаго Князѧ Бориса Федоровича Всеѧ Россїи Самодержца, и сына его Благовѣрного Великого Госдарѧ, Царевича, Князѧ Федора Борисовича всеѧ Россїи, храмъ сооруженъ и позлащенъ во второе лѣто Госдарства ихъ в (1600) году.
Надпись сия, после Годуновых, была залеплена; но, по приказанию Петра I, открыта.
В два года едва-ли могло быть окончено строение огромнейшей в то время колокольни; относительно же того, что сооружение ее приписывают благопопечительности Годунова во время голода Московского: то самая надпись свидетельствует, что сей памятник совершен за два года до этого бедствия.
«Церковь С. Иоанна, находящаяся почти среди замка, пишет См. Маскевич в 1611 году, «замечательна по своей высокой каменной колокольни, с коей далеко видно во все стороны столицы. На ней 22 колокола, в числе коих многие не уступают величиною нашему Краковскому Сигизмунду; висят в три ряда, одни над другими; меньших же колоколов более 30. Непонятно, как сия башня может держать на себе такую тяжесть»553. Но видно, что во время пребывание Поляков в Москве, глава Ивановского столпа была повреждена; ибо в расходных книгах Оружейной палаты 1627 года записано, что «котельнаго дела староста Дмитрий Сверчков озолотил верх Ивана Списателя Лествицы и за сие Государево дело пожалован серебряным ковшом в две гривенки, десятью аршинами лазоревого атласа, камки адамашки и сороком соболей»554. При Михаиле же Феодоровиче, по благословению отца его Патриарха Филарета, к Ивановскому столпу пристроено трехъярусное здание с северной стороны; одна часть его, называемая Успенскою, осенена куполом с главою и четвероконечным крестом, а другая Филаретовская с пирамидальным верхом и готическими орнаментами; в четырех простенках сего здания висят большие колокола: Успенский, праздничный, воскресный, полиелейный или голодарь, и будничный. До 1809 года под карнизом кругом стены была следующая подпись, уничтоженная тогда при починке колокольни:
Божїей милостїю, повелѣниемъ Благочестиваго и Христолюбиваго Богомъ вѣнчаннаго Великаго Государѧ, Царѧ и Великаго Князѧ Михаила Федоровича всеѧ Россїи Самодержца, по благословенїю и по совѣту по плотскому рожденїю отца его Государева, а по духовному чину отца и богомольца, господина Святѣйшаго Патрїарха Филарета Никитича Московского и всеѧ Россїи.
Под четырьмя большими колоколами до 1812 года находилась церковь во имя Рождества Христова, вместо которой прежде был храм Воскресение Христова, сооруженный в 1532 году Фрязиным Петроком малым; но лестницу к нему приделали в 1552 году Московские мастера. Из подписи, бывшей на иконостасе в 1787 году, значилось, что церковь сия в 1685 году, по указу Великих Государей, Царей и Великих Князей Иоанна, Петра и Софии, поновлена была из большей казны, при Иоакиме Патриархе555.
Все это здание на высоте Кремлевской, неоднократно терпело от пожаров, бурь и наконец от неприятелей. Пожары в Кремле 1701 и особенно 1737 года нанесли ему значительный вред; тогда от окружавших Ивановскую колокольню зданий огонь проник и в нее, некоторые из колоколов упали на землю и разбились и, не прежде, как в правление Герцога Курляндского и Принцессы Анны 1741 году, были подняты, перелиты и повешены на свое место556. В 1759 году сильный ветер сорвал с главы Ивановского столпа 75 медных листов557. В тоже время Архитекторы: Князь Д. Ухтомский, Карл Бланк и П. Никитин сомневались в прочности фундамента, вокруг коего рыли глубокие ямы, и наконец, после многих прений, согласно с мнением Мичурина, утвердили прочность и надежность фундамента колокольни.
Архитектор Князь Д. Ухтомский558, сочинивший план соборной колокольни, сообщает нам следующее описание оной:
«1. Церковь Св. Иоанна списателя лествицы, с трапезою. 2. Лестница ко второму ярусу. 3. Осмерик второго апартамента, где во время викториальных дней для фонтанов, вместо бассейнов, поставляемы бывают чаны, а при оных проходы к окнам. 4. Осмерик третьего апартамента и около площадки и при оном осмерике круглая лестница. 5. Палата под крыльцом, откуда входят к церкви Рождества Христова и погребная яма. 6. Лестница в площадки к сей церкви. 7. При ней крыльцо галереи, а под ней парапет с площади. 8. Палата под церковию Рождества Христова. 9. Палата запертая. 10. Входное крыльцо к церкви Рождества Христова. 11. Церковь самая и палата и при ней. 12. Главная лестница около четвероугольного столпа, что до звонарской палаты. 13. Палата, пристроенная к Ивановской колокольни, в которой ныне находится ведомства Московской губернской канцелярии подушный сбор».
В 1812 году, когда взорванная неприятелями Филаретовская и Успенская части Ивановской колокольни превратились в громаду камней: тогда устоял ее столп, давший только трещину от главы до третьего яруса; по осмотре Архитектором Руско, трещина была пробрана, а вместо разрушенных зданий, построены новые в первобытном виде, но в измененном плане. Наполеон, наслышась о колоссальном кресте из чистого золота в Москве и полагая, что он осеняет Ивана Великого, хотел снять его; но долго не находил смелого охотника для исполнения. Наконец, как гласит предание, вызвался один Русский и снял крест, который оказался железным, обитым медью. Наполеон велел расстрелять предателя559. После же выхода неприятелей, долго не отыскивался крест с Ивановской колокольни; полагали, что он увезен ими вместо трофея; но напоследок найден в развалинах изломанным560 и потом возобновленный, водружен на прежнем месте.
От истории сего памятника перейдем к обозрению заключающихся в нем достопамятностей, в числе коих особенно обращают на себя находящиеся в нем церкви и произведения литейного искусства.
В нижнем ярусе Ивановского столпа помещается вышеупомянутая церковь Св. Иоанна Списателя лествицы, возобновленная в 1822 году Профессором Московского Университета Мудровым. Еще в 1792 году она называлась приделом Успенского собора561.
В трех остальных ярусах и пристройках помещена семья, или фамилия 34 больших, средних и малых колоколов, которых прежде было больше и в числе их некогда находился Новогородский вечевой колокол, трофей Иоанна III562. По описи 1701 года, показан вес оным 16,004 пуда. Одни из них достопамятные своею древностью, другие замечательные красотой и затейливостью формы и отделки, иные своим звуком и прозванием, судьбою, именами мастеров и надписями, составляют любопытные предметы для истории литейного искусства в России. Сверх того, многие из них расположены по голосам; они имеют свой символизм, свое особенное назначение и наименование, как-то: Реут563, Лебедь, Медведь, Баран; воскресный, праздничный, полиелейный или голодарь, будничный, ясачный, глухой; некоторые из них ведут свое название от местности, как-то: Корсунский, Новогородский, Ростовский, Слободской, Татарин, Даниловский. Звон и благовест в них бывают частый и редкий, звон с реутом и валовыми, без валовых, с переборами, во вся. Возвещая столице часы Богослужения, торжественные или печальные события, они служат органом Церкви, Государства и древней столицы. Когда Москва была еще средоточием Царской и Святительской власти; тогда существовал особенный устав благовеста на Ивановской колокольне564. Во время шествие Царя, или Патриарха в собор, давался звон; по случаю рождения Царевичей и Царевен; при бракосочетании тех или других звонили в Успенский большой колокол; кончину Святителя и Государя, или кого либо из членов Царской фамилии возвещали троекратным ударением в старый Успенский, или Воскресный колокол, звонили печально, в один край. Этот вещий голос внятен был всей Москве. Но всех торжественнее, величественнее и умилительнее звон в Светлое Воскресенье, который раздается среди полночи, и которому вторят колокола Московских церквей. Ивановская колокольня принадлежит ко всем соборам в Кремле; звон на ней служит предначинальником для звона во всех храмах древней столицы.
Древнейшие и замечательнейшие колокола:
1) Медведь, в 450 пуд с надписью, показывающей мастера Ивана Афанасьева, 7009 года и место литья оного в Новгороде.
2) Реут, или ревут, в поперешнике 4 аршина; он без двух ушей, отбитых в 1812 году; слит при Царе Михаиле Феодоровиче 7130 Андреем Лоховым в 2000 пуд. О времени его литья и мастере свидетельствует нам след. надпись: «Божїей милостїю, повеленїемъ Великого Государѧ, Царѧ и Великого Кнѧзѧ Михаила Федоровича всеѧ Русиї Самодержавца и по благословлению, по полоцкому рождению отца его Государева, а по духовному чину отца и Богомольца, Великого Государѧ, Святѣйшего Патриарха Филарета Никитича Московъского и всеѧ Русиї слитъ се колоколъ въ соборной церкви Успениѧ Пречистые Богородице и великих чудотворцав Петъра и Ионы 7130 (1622)»
3) Вседневный, весом в 998 пуд 30 фунт, литый мастером Емельяном Даниловым 7160 года, по указу Алексея Михайловича.
4) Безымянный, под лестницею, во….пуд, с след. Голландскою надписью: anno 1550.
Also heft Godt de werlt beleibt, dat he sinen eingen Sone gaff, op dat alle an en geloven nicht vorlaren werden, sonder dat ewige hebben. Johanes. am. 3. Тако возлюби Бог мир и пр.
5) Колокол Татарин, в 40 пуд, вышиною 1 аршин 2 вершка, в поперечнике 1 ½ в. с надписью: «Божнею милостїю, повелѣнием Царѧ и Государѧ, Великаго Кнѧзѧ Ивана Васильевича всеѧ Руси Самодержца, перелитъ сей бысть колоколъ Kорьсуньской лѣта шестьдесѧтъ семаго. Переливалъ мастеръ Нестеръ Ивановъ сынъ Пскобитинова».
Другие древнейшие колокола: Лебедь мастера Николая Немчина; на нем вылита надпись: «Лета 7040 (1532) повѣленїем Благовернаго и Христолюбиваго Великого Кнѧзѧ Василиѧ Ивановича, и Божїею милостїю Государѧ всеѧ Русїи при его сынѣ Князѣ Иванѣ Васильевичѣ, сольѧнъ бысть ceй колоколъ во преименитомъ и славномъ градѣ Москвѣ». На нем же видны были слова Hikiwas obraker 537 и против них: а делал Николай; весу в нем 445 пуд. Как этот колокол, так и Медведь перелиты были в 1775 году вместе с Корсунскими зазвонными.
Между нижним и вторым ярусами Ивана Великого находится высокая цилиндрическая пустота, шириною более 4 сажень в диаметре; вход в нее из нижнего яруса, откуда идет винтом лестница во второй этаж колокольни. Здесь то, по преданию, Самозванец назначил место для Римского костела565. И Патриарх Гермоген изъявлял свое негодование на Латинские пение в Кремле. В 1611 году у Поляков был Латинский костел в палатах старого Борисовского двора.
II. Успенская часть колокольни названа потому, что на ней висит Успенский большой колокол, который в 1760 году слит был цеховым Альдерманом Константином Слизовым, в 3551 пуд, 4 фунта. Но когда в 1812 году взорвано было неприятелями сие здание: тогда и большой колокол при падении разбился и потом вновь слит в четыре тысячи пуд, на колокольном завод М. Богданова, 90 летним мастером Яковом Завьяловым, который был работником у Слизова при литье прежнего колокола. В надписи, сочиненной Преосвященным Августином, между прочим значится, что «по счастливом и достославном окончании ужасных и кровопролитных браней и по утверждении прочного мира во всей Европе, перелит сей колокол из старого, слитого в 1760 году, но в 1812 году, поврежденного при падении прежней колокольни, взорванной неистовым Галлом, вторгшимся в Россию с двадесятью языками, когда они, будучи наказываемы разгневанным Господом сил, коего имении святыни поругаться дерзнули, устремились бежать из столицы сея. О гнева и ярости Божия! Враги святыни и человечества силою Божиею всюду гонимы и поражаемы, все пространство от столицы сея до самых пределов Российских покрыли трупами своими и едва малая часть спастися могла. Поим Господеви: славно бо прославися. Сокруши Фараона и тристаты его». В 1819 году сей колокол поднят и повешен в простенке М. Богдановым. По сторонам оного в простенках висят колокола воскресный и полиелейный.
Под колоколами Успенской части, на месте Рождественского собора, ныне находится храм во имя Св. Николая Гостунского.
Основание этой церкви в Кремле, первой там во имя Св. Николая, современно началу освобождения России от ига Монголо-Татарского. Она заняла последний участок земли, принадлежавший в Кремле Ордынцам. На площади, еще при Иоанне III, названном его современниками обетником Св. Николая566, против нынешнего Николаевского дворца стояло Ордынское подворье, где живали Ханские соглядатаи, опасные для Московского Государя. Супруга Иоаннова, София Фоминична, извещенная в видении Св. Николаем о соизволении его соорудить храм в его имя, испросила место сия у Ахматовой жены567. Подворье было снесено за город, и там обыденкой поставлена была деревянная обетная церковь во имя Св. Николая, названного ельняным и льняным; первое, по преданию, от того, что первая церковь была из елового леса; а второе, может статься, если не от льняных грамот, известных в Пскове XV века568, то, как полагают, от початков льна и холста, какие приносили усердные богомольцы к Святителю Николаю. Когда же, спустя 25 лет, церковь обветшала: тогда Великий Князь Василий Иоаннович, в 1506 году, вместо старой, в девять недель построив новую, кирпичную, поставил в ней чудотворный образ Святителя Мирликийского, украшенный золотом и драгоценными каменьями; сия икона, как свидетельствует рукописное сказание, взята им из Гостунского собора, села Гостуни в Лихвинском уезде. С этого времени церковь сия стала именоваться Николаевскою Гостунскою и в последствии была собором. В летописи замечено, что в 1533 году Всероссийский Митрополит Симон ее освятил; из сего заключить можно, что она была или перестроена, или возобновлена, так как и после пребывания в Кремле Поляко-Литовцев. В 1737 году она обгорела и вскоре была возобновлена; в 1812 году неприятели ее разграбили и обратили в казарму. После освобождения древней столицы, она вновь устроена, украшена и освящена; но когда сей трехвековой памятник оказался неуместным на площади, назначенной для военных смотров и маневров: то в одну ночь 1816 г. был сломан, а утвари его, св. иконы и престол перенесены на Ивановскую колокольню, где и доныне находится Гостунский собор.
К достопамятностям сего собора отнести можно и то, что в храмовые праздники оного всегда служивали там Всероссийские Митрополиты и Патриархи, самые Цари не редко приходили в него молиться. Предание свидетельствует, что Петр I-й не выезжал из Москвы, не отслужив молебна Св. Николаю Гостунскому. Еще по старому заведению на Москве, невесты пред вступлением в брак, прихаживали сюда с родителями, или родственниками испрашивать себе на замужество благословение у Чудотворца, который некогда спас в Патаре трех бедных девиц от бесчестия и наделил их приданым для вступления в законное супружество569. Нельзя забыть, что из священнослужителей сего храма вышел первый Московский типограф, диакон Иван Федоров, положивший первое начало книгопечатанию в Москве, которое в послесловии к изданному им Часослову 1567 года названо украшением царства и славою Божиею. Он не только напечатал в Москве первую книгу Апостол 1564 года; но изгнанный из отечества издал многие церковные книги в Литве и Галиции и между прочим полную Славянскую Библию в Остроге, 1581 года.
Священный этот памятник церковного зодчества XVI века был квадратный, с лопатками на внешних стенах, с кровлею на четыре ската и об одном куполе с главою, осененною четвероконечным крестом. К северной его части примыкал придел об одной главе, а к западной низменная трапеза с двумя входами с площади. Главный престол в нем был во имя Введения Богоматери, а придел во имя Св. Николая, которого там находились три иконы, переставленные на новое место:
1. Принесенная из Гостуни, древнего Греческого пошиба, с деяньем; до 1812 года на ней висела золотая гривна, весом в 20 золотников, вклад Никиты Мольянинова, 1610 года, Ноября 5.
2. Также поясной, Русского письма, ныне стоящий на северной стороне, так называемый отвратный, потому что пред изгнанием из Москвы Поляко-Литовцев, глаза его сами собою обратились на противную сторону, как гласит предание.
3. Третий во весь рост, древнего стиля, вырезанный из дерева, с мечем в одной руке и с церковью в другой, именуемый Можайским.
Третья часть колокольни Филаретовская, оканчивающаяся пирамидальным верхом с готическими украшениями, служит входом в Николаевскую церковь, который был прежде с соборной площади; вместо этого крыльца, Император Павел I-й построил, тут гауптвахту.
Основываясь на внешнем сходстве предметов, некоторые полагают, будто Ивановскому столпу придано знаменование той Лествицы о 30 ступенях, возводящей человека к небу, какую изобразил Св. Иоанн Лествичник; потому что и церковь в этом столпе посвящена имени сего Святого, и высота столпа в 30 сажень, кроме главы и креста, по видимому, соответствует числу степеней Лествичника. Но это мнение более походит на искусственное применение, какое едва ли имели строители сего памятника. Кроме церковного назначения, она имела гражданское: Годунов, повидимому, назначал ее также подзорною или сторожевою вежею, какая необходима была тогда для Москвы при частых набегах Крымцев и Ногаев с юго-востока и нашествий Литвы с запада. Это открывается даже из того, что во время пребывания Поляко-Литовцев в Кремле, 1611 года, на Ивановском столпе находилась стража, наблюдавшая за движением Русских570. До 1807 года там стаивали часовые для наблюдения Городской части от пожаров.
Выше замечено нами, что по ее имени названа окружающая ее площадь Ивановскою, которая напоминает древний юридический быт города. На ней прежде объявлялись Царские указы во всеуслышание, или, как говорится, во всю Ивановскую, и было сборище Ивановских подьячих, писавших в ближней палатке разные акты (площадное письмо), как-то: записи, поручные, порядные, купчие, заемные, служилые кабалы, челобитные. Петр I в 1699 году повелел было писать крепостные акты в Поместном приказе; но через два года, опять указал писать их в палатке Ивановской площади особо на то прибранным 24 подьячим «для ослабы всенародныя волокиты и тягости». По указу 1706 года. Апреля 15, определен был при Ивановской палатке крепостных дел особый староста с десятью подьячими для письма безграмотным нужных бумаг. Но этот старинный порядок дел вскоре сменен новым, и тогда Ивановская площадь получила другое назначение.
Как в древности на Руси существовал обычай наказывать преступников у колоколен: то не редко приговоры приказов исполнялись на площади, которая называема была иногда красною, до тех пор, как позорище казни перенесено было на Китайскую красную площадь.
Из пристроенных к Ивановской колокольне зданий особенно замечательны по своему назначению: 1) Палата, поставленная Годуновым для бархатной и парчовой фабрики, какую тогда завел в Москве Марко Чипони. 2) Палатка, вновь приделанная Царем Алексием Михайловичем для помещение огромного сферического глобуса, подаренного ему Генеральными Штатами571 и 3) где ныне гауптвахта, там при Екатерине II находилась рентерея, или казначейство, а при ней палатка, где хранились старые утвари и разные вещи Успенского собора572.
Вид с верхняго яруса этого столпа столь величествен и прекрасен на широко раскинувшуюся Москву с ее разнообразными окрестностями, что редкий из путешественников не всходит туда полюбоваться дивною панорамой древней столицы. В 1780 г. Римский Император Иосиф И с Митрополитом Платоном, а в 1812 году Наполеон с Маршалами своими обозревали Москву с высот Ивана Великого.
Теперь при оном стоит на пьедестале дивный памятник литейного искусства, медный Царь-колокол: и потому мы сообщим здесь о нем сведения.
Выше упомянуто нами, что литье колоколов издревле известно было в Москве; первый опыт его видим в XIV веке573. Но в периоде возрождения России, познакомившейся с искусствами Европы, оно распространилось и усовершенствовалось. При направлении литейного искусства к колоссальному, первый огромнейший колокол слит был в Москве, 1533 года, в 1000 пуд Николаем Немчином и повешен на деревянной колокольне.
В 1611 году Маскевич видел в Москве колокол, который висел на деревянной башне в две сажени вышиною. «Язык его, говорит он, раскачивают 24 человека. Не задолго до нашего выхода из Москвы он подался на Литовскую сторону; в чем Москвитяне видели добрый знак; и в самом деле вскоре нас выжили из столицы». По свидетельству Олеария, сей колокол, вылитый при Борисе Годунове, имел весу 356 центнеров и звонили в него в большие праздники»574. Но он упал и разбился во время пожара при Царе Алексия Михайловиче; 1654 года из Годуновского вылит молодым Москвичем новый в 8000 пуд; по свидетельству Майерберга, окружность его была 54 Фута, поперечник 18 Футов длины, толщина стен его 2 фута. Кильбергер в 1674 году застал этот колокол уже висевшим близь Ивана Великого на деревянном срубе. В пожар 1706 г., Июня 19, колосс этот оборвался и разбился; остатки его лежали в Кремле до начала царствования Анны Иоанновны. По ее повелению, Миних поручил Французскому механику Жерменю в Париже составить план для перелития сего колокола со всеми измерениями в 10 т. пуд. Но смета иностранного художника показалась чрезмерною, так что предприятие это оставлено было до тех пор, как нашелся Русский литейный мастер Иван Маторин. Устроив литейную яму у Ивановской колокольни, он сперва отлил неудачно в 1734 году; потом, чрез год, перелил этот колокол довольно успешно, в 12 т. пуд; расходы на литье, кроме материалов, стоили 62 т. руб., а на перелитие 79 т. р. Он, как замечает Миних, «вышел из формы весьма красивым и удачным, стоял уже в готовности, чтобы поднять его на колокольню, как в бывший 1737 года в Москве пожар (Троицкий), расшибся от упавшего на него бруса»575. К общему тогда удивлению, в тоже самое время треснула в С. Петербурге и модель сего колокола, находившаяся при церкви Воскресения Христова на Литейной. С царствования возобновительницы Москвы Елисаветы Петровны заботились о перелитии расшибленного колокола; за это брался было мастер Слизов; в 1770 году Архитектор Форстенбер вызвался впаять вышибленный край в колоколе с тем, что от сего ни мало не будет изменение в звуке его; но смерть сего Архитектора в чуму помешала исполнить такое предприятие, о коем и производилось и дело в Сенате.
Наконец деланы были многие предположения о поднятии сего колокола из ямы, где он лежал, и туда любопытные спускались по лестнице смотреть его.
Император Павел в 1797 г. поручил сие было искусному механику I. Гирту; но его проект не приведен в действие из опасения, чтобы, поднимая эту громаду, не разбить в куски. Император Александр с 1819 г. заботился о поставлении сего памятника на приличном месте но судьба предоставила совершение этого царствованию Николая I, который поручил Г. Монферану извлечь Царь-колокол из столетней могилы. По начертанному предварительно и одобренному плану, приготовлены были машины, и после молебствия, 1836 года, Апреля 30, колокол вытащен был наружу при радостных восклицаниях народа, и потом поставлен подле Ивана Великого на гранитном пьедестале576, на коем следующая надпись по мрамору: «Колокол сей вылит в 1733 году577 повелением Государыни Императрицы Анны Иоанновны. Пребывал в земле сто и три года578 и волею Благочестивейшаго Государя Императора Николая поставлен лета 1836 г. Августа в 4 день».
Весу в нем 12,327 пуд 19 фунтов; вышиною 19 футов и 3 дюйма, а окружностью 60 футов и 9 дюймов; толстота стены его в 2 фута. Снаружи вылиты на нем рельефом изображение во весь рост Царя Алексия Михайловича и Императрицы Анны Иоанновны; под ними по фризу лики Спасителя, Божией Матери и Евангелистов, окруженных Херувимами. Рисунок фигур отчетливый и довольно искусный; но они не все удачно вышли, особливо доличное, или драпировка. По сторонам в клеймах следующая надпись: «Блаженныя и вечнодостойныя памяти Великого Государя, Царя и Великого Князя Алексия Михайловича всея Великия и Малыя и Белыя России Самодержца повелением к первособорной Пресвятый Богородицы честнаго и Славнаго ее Успения слит был великий колокол, осьм тысящь пуд меди в себе содержащий, в лето от создания мира 7162, от Рождества же по плоти Бога Слова 1654, из меди сего благовестить начали в лето мироздания 7176 Христове же Рождестве 1668 и благовестил до лета мироздание 7208, Рождества же Господня 1701, в которое месяца Июния 19 дня, от Великого в Кремле бывшаго пожара поврежден; до 7239 лета от начала мира, а Христова в мир Рождества 1731 пребыл безгласен».
«Благочестивейшия и Самодержавнейшия Великия Государыни Императрицы Анны Иоанновны Самодержецы всея России повелением во славу Бога в Троице Славимаго и в честь Пресвятыя Богоматери к первособорной церкви Славнаго ее Успения отлит колокол из меди преждняго осьм тысящь пуд колокол пожаром поврежденнаго с прибавлением материи дву тысяч пуд от создания мира в 7….От Рождества же по плоти Бога Слова 173.... Благополучнаго ее Величества царствование в четвертое лето».
* * *
Цветущее состояние Всероссийского государства при Петре I, соч. И Кирилова. М. 1831 в 4 и Путеводитель к Московским древностям и достопамятностям (Максимовича), ч. I, 1792, в 12.
Канта о избрании на превысочайший престол Великаго Российскаго Царствия Великаго Государя, Царя и Вел. Кн. Михаила Феодоровича, в лист, № 10, в Московском Архиве Мин. иностр, дел.
Карамз. И. Г. Р. II, пр. 256. VI, пр. 629.
Карамз, И. Г. Р. IV.
Сказание современников о Дмитрии Самозванце, к. V. Спб. 1834, ст. 8.
Книга расходная Оружейной палаты, 7155, № 926.
Историческое и топографическое описание городов Московской губернии, М. 1787, в 8.
Дело о Троицком пожаре в Москве 1737 г. в Разрядном архиве.
Дела в Государственном архиве Коллегии Экономии, связка 283, № 22,484.
Дела Князя Ухтомского в Разрядном архиве, 1756 г.
Москва, или историч. путеводитель, ч. II, М. 1827, в 8.
Московские ведомости, 1813 года, № 26.
Путеводитель к древностям и достопамятностям Московским (Максимовича), М. ч. I, 1792, в 12.
Карамз. И. Г. Р. т. VI. Может быть, упомянутый на стр. 114, № 5 Татарин к.
Древн. Росс. Вивл. I, 254: « А реут в докладе называть полиелейным». Реут есть река в Курской губ., впадающая в Семь с юга.
См. устав Московских Святейших Патриархов в Древней Российской Вивлиофике, изд. 2, ч. X. М. 1789, в 8.
Отечественные записки, Спб. 1822 г. № 27, стр. 129.
Карамз. И. Г. Р. VI, 231.
Moscoviae ortus et progressus aut. Daniele. Printz a Bucchau. Gubenae, 1679, in 16, p. 4S n. 49.
Карамз. И. Г. P. VI, пр. 629.
Жизнь и чудеса Св. Николая чудотворца, собр. Графом М. Толстым. М. 1841, в 12.
Маскевич, XIV, 125, 26.
Опыт о библиотеке и кабинете редкостей и Истории натуральной Спб. Академии наук, изд. И. Бакмейстером. Спб. 1779, в 8. Das veränderte Rußland, t. II. Francfort u. Leipz. 1744, in-4.
Дела Коллегии Экономии. 1740 г. № 1407.
Карамз. И Г. Р. т. V.
Сказание современников о Димитрии Самозванце, кн. V, Спб. 1834, в 8.
Записки Графа Миниха, сына Фельдмаршала, Спб. 1817, стр. 54.
Description de la grande cloche de Moscou, par A. N. de Montferrand, Paris, 1340, in-f.
В 1735.
99 лет.