![Епископ Энн Дайер](https://azbyka.org/news/wp-content/webp-express/webp-images/doc-root/news/wp-content/uploads/2024/06/bishop-anne-in-kirkwall-for-slider-1536x1022-1-300x200.jpg.webp)
Как сообщает портал Church Times, Церковь Шотландии потратила £325,000 (и собирается потратить еще £ 175,000) на расследование деятельности первой женщины-«епископа» в этой общине, «Епископши» Абердинской и Оркнейской, Энн Дайер. Дайер обвиняют в том, что она «обесценивает и унижает» священников-мужчин, и постоянно создает конфликты в вверенном ей диоцезе.
Со своей стороны, она уверяет, что ее преследует группа «мизогинов и гомофобов».
В Православной Церкви пока только очень немногие говорят о женском священстве — и уже тем более, епископате — но, поскольку такие разговоры все же есть, стоит учесть опыт протестантских общин, которые пошли по этому пути раньше — и, так сказать, уже успели углубиться в этот лес.
Конечно, нам могут сказать, что епископ-самодур, который грубо обращается с людьми, вызывает конфликты и в итоге становится предметом разбирательства, сколько угодно может быть мужчиной, и такие примеры есть, а «епископши» в протестантских общинах — вовсе не обязательно скандалистки.
Однако создается впечатление, что скандалы окружают их намного чаще — и этому есть причины, выходящие за рамки лично чьего-то тяжелого характера.
За «женским епископатом» стоит идеология, которая привлекает людей определенного склада — требовательных борцов (и борчих) за свои права, решительных реформатор_ок (используем в этом затруднительном случае написание, принятое в прогрессивных кругах), которые склонны с сильным неодобрением смотреть на консерваторов, тормозящих их смелые проекты.
Политический активизм требует определенных черт характера. Человек которого в англоязычном мире называют ироничной аббревиатурой SJW, social justice warrior — «воитель социальной справедливости» — отличается непробиваемой уверенностью в своей правоте, непримиримостью к «врагам справедливости», (то есть тем самым «мизогинам, гомофобам и т.д.) и, если использовать такой традиционный термин, сварливостью.
Эти качества едва ли украсят человека (будь то мужчина или женщина) на любой руководящей должности — а уж быть пастырем с таким характером явно противопоказано.
Один из доводов, который приводят сторонники женского священства и Епископата — особенный женский дар материнской, сострадательной любви, тихости и мягкости.
Проблема в том, что женщина, украшенная такими добродетелями, просто не станет добиваться епископского сана. Не бывает кротких и мягких воителей социальной справедливости.
Женское священство (и епископат) вводится как раз под лозунгами «социальной справедливости». Все уже согласились, что в мирских корпорациях несправедливо оставлять руководящие должности только за мужчинами. Усердие и талант должны вознаграждаться независимо от пола. Почему же — спрашивают у Церкви — «руководящие должности» в Церкви закрыты для женщин?
Но сам вопрос отражает глубокое непонимание сути пастырского служения. В миру люди конкурируют за различные блага — и среди таких благ находятся руководящие должности. У менеджеров и зарплаты выше, и кабинеты просторнее, и машины с личным водителем — и люди требуют, чтобы конкуренция за все эти удовольствия была, хотя бы, честной.
Но священник или епископ — не менеджеры, занявшие доходные места. Служение пастыря носит тяжелый и самоотверженный характер. С людьми вообще тяжело работать. А от пастыря ждут внимания, заботы и утешения, независимо от того, насколько утомлен или удручен он сам.
Чтобы понести это служение, нужно иметь мотивацию, прямо противоположную мотивации «воителей социальной справедливости». Пастырь призван подражать Христу, который сказал о Себе: «Я есмь пастырь добрый: пастырь добрый полагает жизнь свою за овец» (Иоан.10:11).
Автор: Сергей Львович Худиев
Комментировать