Ораторская проза
Ора́торская про́за. Широкое распространение во всех средневековых европейских литературах, в том числе и в литературе Древней Руси, получили различные жанры О. П.
Одна из разновидностей О. П. – «учительное», или дидактическое, красноречие. Существовало множество «слов», поучений, «бесед» на темы христианской нравственности. В них осуждались пороки – злоба, зависть, гордость, жадность, разврат, пьянство, сквернословие и т.д. и прославлялись добродетели – смирение, кротость, богобоязненность, нищелюбие, соблюдение церковной обрядности, постоянная готовность к покаянию. Доминантой всех дидактических поучений была мысль о неизбежности «страшного суда» и необходимости для каждого человека соблюдать нормы христианской морали, чтобы избежать мучений в аду. Поэтому проповедники призывали творить добрые дела, остерегаться греховных поступков и замаливать их в постоянных искренних молитвах.
Распространенной была тема «казней божьих»: христианские богословы объясняли разного рода бедствия – войны, землетрясения, засуху, нашествие саранчи, эпидемии – божественным возмездием за греховность народа целой страны.
Особую группу дидактических «слов» составляли поучения, обращенные к монахам; в них выдвигались суровые требования аскетизма, ревностного подвижничества, смирения, непрестанного покаяния и молитвы. Такие обращенные к монахам заветы читались, например, в сборниках «Паренесис» (т.е. «увещевания») Ефрема Сирина, «Лествица» (т.е. лестница, ведущая к райскому блаженству через благочестивые деяния) Иоанна Синайского.
Поучения знаменитого византийского богослова Иоанна Златоуста (ум. 407) были объединены в переведенный на Руси с греческого не позднее XII века сборник «Златоструй» (см. Сборники устойчивого состава).
Значительная часть учительных «слов», обращавшихся на Руси, принадлежала византийским богословам и проповедникам: Анастасию Синаиту, Василию Великому, Евсевию Александрийскому, Ефрему Сирину, Иоанну Златоусту, Максиму Исповеднику, Симеону Новому Богослову и другим. В XI–XIV веках в этом жанре творили и русские проповедники: Иларион, Феодосий Печерский, Лука Жидята, Серапион Владимирский, в последующем учительное красноречие на Руси замирает, уступая место церковной полемике, публицистике, торжественному красноречию (исключением был митрополит Даниил – автор нескольких поучений на нравственные темы), но зато вновь возрождается в XVII веке, отчасти под влиянием украинских проповедников – И. Галятовского, Л. Барановича, А. Радзивиловского и иных. Из русских проповедников этого периода были широко известны Епифаний Славинецкий и Симеон Полоцкий, а затем писатели-старообрядцы, прежде всего Аввакум. В XVII веке получает распространение особая литературная форма – «приклад» – короткий нравоучительный сюжетный рассказ на темы церковной или гражданской истории или даже бытовая сценка, которые наглядно иллюстрировали доказываемую проповедником мысль о пагубности греха и божественном вознаграждении за добрые деяния.
Другая группа памятников О. П. – торжественные «слова» и поучения. Особенно много праздничных «слов» (гомилий) было посвящено наиболее чтимым церковным праздникам: Рождеству Богородицы (отмечается 8 сентября по старому стилю), Воздвижению честного и животворящего креста (14 сентября), Введению Богородицы во храм (21 ноября), Рождеству Христову (25 декабря), Богоявлению (6 января), Сретению (2 февраля), Благовещению (25 марта), Преображению (6 августа) и Успению Богородицы (15 августа), а также подвижным праздникам – Пасхе, Вознесению и Троице. Эти праздники именовались двунадесятыми. Посвящались гомилий и валиким праздникам: Покрову (1 октября), Обрезанию (1 января), дню памяти апостолов Петра и Павла (29 июня), памяти Рождества Иоанна Предтечи (7 июля) и Усекновению главы Иоанна Предтечи (29 августа). Похвальные «слова» посвящались архангелам, пророкам, апостолам, родителям Богородицы – Иоакиму и Анне, а также святым – в дни их успения или обретения мощей.
Значительная часть праздничных «слов» и похвал принадлежала византийским богословам – Евсевию Александрийскому, Ефрему Сирину, Иоанну Дамаскину, Иоанну Златоусту, Кириллу Александрийскому, и болгарским писателям – Клименту Охридскому и Иоанну Экзарху; из русских авторов особенно известен своим циклом торжественных «слов» на Пасху и послепасхальные недели Кирилл Туровский. В XI–XVII веках создается множество похвальных «слов», посвященных Адриану Пошехонскому, митрополиту Алексею,
Антонию Римлянину (новгородскому святому), Борису и Глебу, Варлааму Хутынскому, Герману Соловецкому, Сергию Радонежскому и т.д. подвижникам русской церкви.
Памятники торжественного и учительного красноречия, созданные на византийской почве, сохранили и преумножили мастерство античного красноречия, а русские авторы гомилий успешно соревновались со своими греческими и болгарскими учителями.
Приведем в качестве примера отрывок из похвального «слова» мученикам Борису и Глебу (в переводе Л. А. Дмитриева): «О блаженны гробы, принявшие ваши честные тела как сокровище многоценное! Блаженна церковь, в коей поставлены ваши гробницы святые, хранящие в себе блаженные тела ваши, о Христовы угодники! Поистину блажен и величественнее всех городов русских и выше город, обладающий таким сокровищем. Нет равного ему во всем мире. По праву назван Вышгородом – выше и превыше всех городов, второй Солунь явился в Русской земле (Вышгород, город около Киева, сравнивается с Солунью (Фессалониками), городом, заступником которого был святой Дмитрий), исцеляющий безвозмездно, с божьей помощью, не только наш единый народ, но всей земле спасение приносящий». Другой пример – Похвальное «Слово» Сергию Радонежскому, написанное Епифанием Премудрым (фрагмент приводится в переводе Д. М. Буланина): «...этот преподобный отец наш воссиял в стране Русской, и как светило светлое воссиял посреди тьмы и мрака, и как цветок прекрасный среди терниев и колючек, и как звезда незаходящая; как луч, тайно сиящий и блистающий, и как лилия на сельском поле, и как кадило благоуханное, как яблоко ароматное...»Учительные «слова», напротив, отличались безыскусственностью, введением в текст живых реалий и бытовых черт. Так, в поучении против пьянства создается отталкивающий образ «винопийцы»: пьяница «тот лишь считает праздник славным, если лежат все спьяну, будто мертвые, как идолы – с раскрытыми ртами, рты имеют, а языком не пошевелить, глаза имеют, а не видят, ноги имеют, а ходить не могут». Или о том же пьянице: он «словно идол валяется, и весь в грязи, и обмочится, и воняет, и лежит в час заутрени, ни в силах и головы поднять, рыгая, воняя от чрез меру выпитого, обмякший и потный». Но и в учительных проповедях авторы прибегают к высокому слогу, осуждая пороки, навлекшие – по представлениям того времени – божественный гнев на целый народ: «Вот уже к сорока годам приближаются страдания и мучения, и дани тяжкие на нас непрестанны, голод, мор на скот наш... Кто же нас до этого довел? Наше безверье и наши грехи, наше непослушанье и нежелание каяться! Молю вас, братья, каждого из вас: задумайтесь о помыслах своих, вглядитесь очами сердец ваших в дела свои – возненавидьте их, и отвергните, и поспешите на покаяние.
Гнев божий прекратится, и милость Господа прольется на вас...» – так призывал в тяжкие годы монголо-татарского нашествия владимирский проповедник Серапион.
И учительные «слова», и памятники торжественного красноречия входили в многочисленные сборники разнообразного содержания (так называемые «сборники смешанного состава»), а также в сборники устойчивого состава, предназначенные как для богослужения, так и для домашнего чтения.
Изд.: Красноречие Древней Руси (XI–XVII вв.) / Сост., вступ. ст., подготовка древнерусских текстов и комментарии Т. В. Черторницкой. – М., 1987.
Лит.: Архангельский А. С. Творения отцов церкви в древнерусской письменности. – Казань, 1889–1890. – T. 1–4; Еремин И. П. Ораторское искусство Кирилла Туровского // Еремин И. П. Литература Древней Руси: Этюды и характеристики. – М.; Л., 1966. – С. 132–143; Бегунов Ю. К. Проблемы изучения торжественного красноречия южных и восточных славян IX–XVI веков: К. постановке вопроса // Славянские литературы: VII Международный съезд славистов. Варшава, август 1973 год: Доклады советской делегации. – М., 1973. – С. 380–399; Буланин Д. М. 1) «Пандекты» и «Тактикой» Никона Черногорца // Словарь книжников. – Вып. 1. – С. 292–294; 2) «Паренесис» Ефрема Сирина // Там же. – С. 296–299; Фомина М. С. Златоструй // Там же. – С. 187–190; Прохоров Г. М. «Лествица» Иоанна Синайского // Словарь книжников. – Вып. 2, ч. 2. – С. 9–17; Елеонская А. С. Ораторская проза в литературном процессе XVII века. – М., 1990; Творогов О. В. Древнерусские четьи сборники XII–XIV веков. Статья третья: сказания и гомилии на сюжеты священной и церковной истории // ТОДРЛ. – 1993. – Т. 47. – С. 3–33.
О. В. Творогов