Карпов Василий Николаевич

Карпов Василий Николаевич, профессор С.-Петербургской Духовной Академии по кафедре философских наук, известный переводчик сочинений Платона, род. 2 апр. 1798 г., умер 2 дек. 1867 г. Сын священника Воронежской епархии, он образование получил в Воронежской семинарии (где на него несомненно имел влияние протоиерей И.Я. Зацепин, ревностный почитатель Шеллинга) и в киевской Духовной Академии, где он слушал философию у проф. И.М. Скворцова. Прослужив затем 4 года (1825–1829 г.) в киевской Духовной Семинарии, В.Н. Карпов перешел в киевскую Духовную Академию на должность бакалавра сначала французского языка, а потом философских наук; в октябре 1833 г. он был переведен в петербургскую Духовную Академию и здесь сперва исправлял должность библиотекаря, и до 1844 г. (после Ф.Ф. Сидонского) читал по философии, с 1844 г. – по истории философии, причем преподавал еще логику (в 1855 г.), логику и историю новейшей философии после Канта (с 1859 г.), логику и психологию (с 1865 г.). В продолжение своей жизни ему не раз приходилось быть посланным; в качестве ревизора для обозрения духовных семинарий и училищ. Неутомимый работник на ниве научной и талантливый профессор, он оставил после себя светлую память в петербургской Духовной Академии. Будучи человеком глубоко верующим и преданным интересам православия, В.Н. Карпов далеко не удовлетворялся современными ему течениями западной рационалистической философии; его симпатии были на стороне древней философии Платона, сочинения которого он переводил, по его словам, «более, чем с удовольствием» (пред. ко 2-му изд., стр. XXIII). Этот перевод – в 6 томах, из которых четыре были изданы при жизни В.Н. Карпова (первое издание Спб. 1841 имело только 2 тома, второе изд. Спб. 1863 уже 4 тома), а два последние – по смерти его (М. 1879) – не утратил своего значения до настоящего времени и в некоторых отношениях лучше вновь сделанного перевода (под редакцией Вл. С. Соловьева, о чем см. у проф. А.А. Бронзова в «Христ. Чтении» 1897 г., I, 197 и 511). Объясняется это тем, что В.Н. Карпов, приступив к делу с отчетливым представлением своей задачи (см. предисл. к I-му изд., I–II), выполнил ее с редкою тщательностью, научною добросовестностью и искусством. В целях уяснения для читателя философии Платона, каждый его диалог переводчик предваряет особым введением, составленным под руководством исследований Стефана, Аста, Шлейермахера и Штальбаума. Влияние Сократо-Платоновой философии сказывается и на самостоятельных философскиих трудах В.Н. Карпова.

В своем «Введении в философию» (Спб. 1840) проф. В.Н. Карпов стоит за систему так называемого философского синтетизма, в котором знание и бытие, идеальное и реальное рассматриваются в нераздельном и коренном их существовании, а не выводятся одно из другого. Основанием философии, по мнению проф. В.Н. Карпова, – и не только формальным, но и реальным – следует почитать сознание, – как факт внутреннего опыта непосредственно известный, сам по себе ясный и всеобщий, – ибо сознание, взятое конкретно (т. е., если не отделять в нем психической силы от содержания), есть единственное начало всего, что человек мыслит, чувствует, желает и к чему стремится. Таким образом, в духе Платоновой гармонии счастливо избегается односторонность тех философских начал, которые выражают какую-нибудь одну сторону нашего бытия (напр., либо чувство, либо ум) и подчиняют ей другие. Далее, областью метафизических исследований, по мнению проф. В.Н. Карпова, собственно, должен быть признан человек и все остальное, поскольку оно отражается в человеке; а так как отражения в сознании бывают правильные и неправильные, то нужен критерий, которым могут быть только присущие нашей природе нормы. Отсюда вытекает важное философское значение психологии, выясняемое особенно во Вступительной лекции по психологии (в «Христианском Чтении» 1868 г., № 2, стр. 189–229): она должна лежать в основании всей энциклопедии философских наук. Чтобы стоять на высоте такого своего призвания, психология, удовлетворяя требованию беспристрастия, источником своим должна иметь внутренний опыт, свободный от предвзятых мнений; но так как совершенно безыдейное опытное исследование невозможно, то при психологических исследованиях путеводною звездой следует иметь откровенное учение о человеческой природе. Во внутренней связи с психологией стоит, конечно, и логика, которой В.Н. Карпов, имея в виду соединить цели учебные с научными, посвятил особый труд «Систематическое изложение логики» (Спб. 1856); логика Карпова, по заявлению одного ученого (см. сборник «Памяти русского философа» Спб. 1898, стр. 36), не утратила еще до сих пор своего научно-философского значения и может быть названа, по своим задачам и методу, «формально-реальною». Характерно еще совпадение мнений В.Н. Карпова и Г.С. Сковороды по вопросу о необходимости самобытной русской философии, которые разделялись и другими современными и позднейшими русскими мыслителями (напр., славянофилами). По мнению проф. В.Н. Карпова, русская философия, находясь в зависимости от условий народно-общественной жизни (православия и единодержавия), должна иметь своею практическою целью – определить место, значение и отношения человека в мире, поскольку человек, сам в себе всегда и везде одинаковый, в развитии охарактеризован типом истинно русской жизни, и прояснить ему его обязанности по отношению к религии и отечеству. Нужно также указать на следующие статьи В.Н. Карпова: Философский рационализм новейшего времени (в «Христ. Чтении» 1859 г., II, 286; 1860 г. № 3, стр. 288–326; № 4, стр. 394–414; № 5, стр. 456–493; ,№ 6, стр. 559–580, и № 12, стр. 501–550); Систематическая форма философского рационализма, или наукоучение Фихте (в «Радуге» 1865–1866 г., № 1, стр. 49–82; 2, стр. 194–219); О самопознании (в «Страннике» 1860 г., № 1, отд. II, стр. 18–34); О бессмертии души – против натурализма: разговор (в «Страннике» 1861 г., 1861, № 5, отд. II, стр. 233–260); статья о Платоне по поводу собственного перевода его сочинений (в «Страннике» 1864 г.); Взгляд на движение философии в мире христианском и на причины различных ее направлений (в «Журн. Мин. Нар. Пр.» 1856 г., ч. 92, стр. 167–198); Душа и действующие в природе силы (в «Христ. Чтении» 1866 г., ч. II); О нравственных началах (в «Христ. Чтен.» 1867 г., II, 346); Мысли из уроков философии нравственного мира (сообщ. П.И. Савваитовым в «Страннике» 1868 г., № 3, стр. 103–106). Кроме того, В.Н. Карпов перевел Историю философии древних времен Риттера (Спб. 1839, ч. 1); под его же редакцией переведена Церковная история Евсевия и издан перевод византийских историков: Вриенния, Киинама, Анны Комниной и Пахимера. – В 1898 г. петербургская Духовная Академия по случаю столетия со дня рождения В.Н. Карпова чествовала память своего идеально настроенного «христианского философа».

Литература. Некролог в «Христ. Чт.» 1868, №2 стр. 230–247 (и речи при погребении ibid., стр. 248–281). † проф. И.А. Чистович, С.-Петербургская Духовная Академия за последние 30 л. (1858–1888 гг), Спб. 1889, стр. 52–53. Материалы для истории философии в России (в «Вопросах философии и психологии» 1890 г., № 4 прилож. I). Петербургская Академия до графа Протасова: воспоминание Р. С. в «Вестн. Евр.» № 8, стр. 664–706; т. 5，№ 9, стр.. 152–207). Сборник статей «Памяти русского философа В.Н. Карпова» Спб. 1898 (из «Христ. Чтен.» за 1898 г., ч. I). А.П. Высокоостровский: Характер философских воззрений проф. В.Н. Карпова (оттиск из «Церковн. Вестн.» 1892, №49); и покойный Карпов как почитатель Сократо-Платоновой философии (отт. из «Хр. Чт.» 1893 г.). [Александр Никольский, Русская духовно академическая философия, как предшественница славянофильства и университетской философии в России в журнале «Вера и Разум» 1907 г., № 5, стр. 641–674].

А. В. П.