№ 196. Сопроводительная записка СМ. Кудрявцева Г.Г Карпову с приложением копии справки Генерального консульства СССР в г. Братиславе о ходе кампании по переводу греко-католиков в православие⁷⁵²

г. Москва–Братислава

27 декабря 1950 г.

СЕКРЕТНО

ПРЕДСЕДАТЕЛЮ СОВЕТА ПО ДЕЛАМ РУССКОЙ

ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ ПРИ СОВЕТЕ МИНИСТРОВ

СССР

тов. КАРПОВУ Г.Г.

Направляю Вам при этом для сведения копию справки «К вопросу о проведении кампании по переводу греко-католиков в православие», присланную Генеральным консульством СССР в Братиславе⁷⁵³,

ПРИЛОЖЕНИЕ: упомянутое на 9 листах к вх. № 3460.

И.о. зав. IV Европейским отделом МИД СССР

С. Кудрявцев

К вопросу о проведении кампании по переводу греко-католиков в православие (краткая справка)

После Собора, состоявшегося 28 апреля с.г., Управление по делам церкви в Словакии развернуло активную работу по осуществлению решений Собора, уделив свое основное внимание переводу в православие греко-католического духовенства. Решая эту, действительно необходимую, задачу, органы, проводившие кампанию, допустили ряд серьезных ошибок, которые подорвали ход кампании и способствовали тому, что кампания в глазах верующих стала выглядеть как принудительное мероприятие. Такое *мнение о характере кампании усиленно поддерживало римско-католическое духовенство*⁷⁵⁴, а также те греко-католические священники, которые отказались признать решения Собора.

*Органы, проводившие кампанию, вместо проведения разъяснительной работы допускали насилие и угрозы по отношению к духовенству, которое не признавало манифеста Собора*.

**Было несколько случаев, когда священников доставляли в православный епископат органы безопасности. Нам, например, известен такой, далеко не единственный, случай, когда греко-католического священника Мыдлика органы безопасности прямо из дома доставили в епископскую канцелярию в Прешове и затем в своем присутствии заставили его принести клятву верности православной церкви**⁷⁵⁵. Естественно, что Мыдлик, сильно напуганный неожиданным арестом, с большой поспешностью и «радостью» согласился выполнить требование. Тем более, что это освобождало его от длительного ареста.

Такие методы, безусловно, влияли на весь дальнейший ход кампании.

Кроме этого, необходимо указать и на *другой порочный метод привлечения униатского духовенства на сторону православия, применявшийся членами комиссии ЦК КПС по переводу в православие Рогаль-Илькивым, Медведем, Пшеничкой. Указанные лица, стремясь во что бы то ни стало привлечь на сторону православия как можно большее число униатского духовенства, щедро раздавали обещания, сулили униатским священникам полную свободу действий после перехода в православие и т.д.* Многие униатские священники, стремившиеся по переходе в православие оставить службу в церкви, после обещаний вышеназванных лиц изъявили свое согласие перейти в православие. ***Впоследствии же, когда они увидели, что это неправда и поняли, что обещания давались только исключительно для привлечения униатского духовенства на сторону православия***⁷⁵⁶, такие священники забирали свое согласие обратно, а в некоторых случаях переходили в римско-католическую церковь.

Также недопустимым и вредным для кампании приемом явилось ****освобождение из тюрем и лагерей униатских священников, осужденных за политические и уголовные преступления, когда они заявляли о своем желании перейти в православие и своей готовности пропагандировать православную веру****⁷⁵⁷. Мы не располагаем точными цифровыми данными по этому вопросу, однако со слов наших друзей можем констатировать, что число освобожденных таким образом греко-католических священников было довольно значительным. Как непродуманно и в этом вопросе поступали местные органы власти, может свидетельствовать тот факт, что среди освобожденных под обещание служить православной церкви находился священник Кашпар, которого зам. председателя обкома КПС в Прешове П. Бабей характеризовал как ярого антисоветчика и фанатически преданного Ватикану человека.

Такого рода активность, конечно, не могла способствовать широкому успеху кампании и быстрейшему ее окончанию. Следует отметить, что *о вышеприведенных извращениях смысла кампании местные деятели стараются умалчивать*. Об этих фактах ничего не говорится даже в сообщении уполномоченного по делам церкви Гольдоша, которое им было предложено ЦК КПС.

В докладе Гольдоша вместе с этим отмечались некоторые другие недостатки в проведении кампании. Прежде всего Гольдош отмечал, **что партийные организации не оказывали никакой поддержки органам, проводившим кампанию, что они не поняли политического значения этого важного дела и поэтому самоустранились от руководства местными комитетами по переводу в православие⁷⁵⁸, которые были созданы еще задолго до Собора 28 апреля с.г.** Эти комитеты, лишенные поддержки и руководства, как со стороны партии, так и со стороны областных церковных рефератов, к настоящему времени захирели, а многие вообще перестали существовать. Большим недостатком в работе было и то, что ‘партийные организации, национальные комитеты и комитеты действия смотрели на вопрос перевода в православие как на кратковременное явление*, с которым можно покончить в один прием. Именно поэтому упомянутые органы не готовились должны образом к проведению тех или иных мероприятий в этой кампании, за решением незначительных, второстепенных задач не замечали главного и не считались с тем, как те или иные действия могут отразиться на дельнейшем ходе кампании.

**Таким образом, уже из всего вышеизложенного ясно вырисовывается картина неподготовленности к проведению кампании по переводу в православие, отсутствия определенных, единых для всех органов, занимающихся этой кампанией, установок, недооценка политического значения этой кампании.

Все это говорит за то, что ЦК компартии Словакии не обратил должного внимания на важность кампании, выпустил деятельность органов, проводивших эту кампанию, из-под контроля и фактически самоустранился от руководства этой кампанией**.

Этот вывод может быть подтвержден и данными о результатах кампании. **По официальным данным, к настоящему времени из 286 греко-католических священников в православие перешло 103 священника, в том числе в Прешовской епархии 80 и в Михаловской епархии 23. В течение кампании органами безопасности арестовано 65 священников. 27 униатских священников скрылись, и их местонахождение в настоящее время неизвестно**.

*Наиболее плохо с переводом в православие обстоит дело в Михаловской епархии*, в которую входят районы Кошице, Гельница, Кралевский Хлмец, Молдава, Сечовце, Требишов, Михаловце, Собрание, Велке Капушаны, Вранов. Это районы с преимущественно словацким или ословачившимся украинским населением, находящимся под *сильным влиянием римско-католической церкви*, которая особенно сейчас в *условиях почти полного бездействия органов, проводящих кампанию по переводу в православие, ведет большую агитационную работу среди населения, стремясь привлечь бывших греко-католиков в римско-католическую церковь*. Кроме этого, Михаловская епархия охватывает наиболее богатые сельскохозяйственные районы с более зажиточным сельским населением с сильной прослойкой кулачества. Поэтому здесь среди населения находит себе почву антисоветская агитация и пропаганда. **Как правило, римо-католические священники и купленные клером⁷⁵⁹ верующие агитацию против православия и православной церкви объединяют с антисоветской агитацией, запугивая местное население колхозами, коммунами и т.д.** Конечно, содержание агитации не представляет ничего нового в арсенале антисоветской клеветы, однако слабая подготовленность местных партийных и административных кадров в политическом отношении не дает возможности вести активную борьбу против выступлений римо-католического клера по линии партийной и иной пропаганды, а не только по линии органов безопасности.

*В ходе кампании по переводу в православие было несколько случаев, когда население некоторых деревень в Михаловской епархии выступало против представителей власти*. Так, например, 9 мая с.г. в деревнях Чемарне и Фалтушовце, р-н Михаловцы, жители, спровоцированные римо-католическими и греко-католическими священниками, выступили против представителей административных учреждений района на защиту греко-католических священников. **Причем, в дер. Чемарне в таком выступлении принимало участие 200 человек, а в Фалтушовцах 300 человек**. В деревне Новосады, р-н Требишов, под влиянием греко-католического духовенства жители выступили против православного священника и не допустили его богослужения в униатском костеле.

*В Сечовнах 14 мая с.г. римо-католический декан Рыбаровский в своей проповеди обвинил перешедших в православие священников-униатов в предательстве интересов церкви и выступил с прямым призывом к борьбе против коммунистов. В деревне Краловне, р-н Кошице, было совершено нападение на представителя городского национального комитета в Кошицах Филаковского, который должен был провести сбор подписей под манифестом Собора. Филаковский был тяжело ранен и в бессознательном состоянии отправлен в больницу. Такие примеры не единичны. Но уже из этого видно, что *положение в Михаловский епархии весьма серьезное и требует принятия серьезных мер*. По словам зам. председателя компартии Прешовской области П. Бабея, во многих деревнях Михаловской епархии, где все еще находятся греко-католические священники, которые выступили яростными противниками православной церкви, положение напряженное⁷⁶⁰.

6 месяцев кампании по переводу в православие показывают, что ни компартии, ни Словацкому управлению по делам церкви не удалось добиться желаемых результатов. После Собора компартия поставила следующие конкретные задачи перед организациями, проводившими кампанию:

1. В кратчайший срок собрать подписи большинства священников под манифестом Собора,

Эта задача не выполнена. Срок сбора подписей непростительно затянулся. Мало этого, *многие священники-униаты взяли свои подписи под манифестом обратно*, во-первых, ссылаясь на то, что решения Собора не были узаконены правительством Чехословакии, а, во-вторых, в связи с начатой американскими империалистами агрессией в Корее.

2. Организовать принесение клятвенных обещаний на верность православной церкви теми священниками, которые подписались под манифестом. Каким путем проходила эта организация, уже сообщалось выше.

3. Построить Прешовский церковный центр, который был бы способен закрепить достигнутые успехи и развить их дальше. Насколько удалось выполнить эту задачу, трудно судить. **Однако необходимо отметить, что православная церковь в Восточной Словакии располагает весьма малочисленными кадрами старых православных священников, а организованные краткосрочные курсы духовенства дали до сих пор *только 14 священников*. У греко-католической епархии было 286 священников**. Православная Прешовская епархия издает *всего лишь один еженедельный журнал, а униатская Прешовская епархия издавала свою газету и ежегодные календари*, не считая календарей, которые выпускались отдельными монастырями (редемптористов, васильян⁷⁶¹ и др.). Униатская епархия имела хорошо налаженную сеть миссионеров. Миссионерская деятельность православной Прешовской епархии поставлена весьма слабо⁷⁶².

*Как видно, Прешовская епархия пока еще не является настолько сильной, чтобы направлять самостоятельно религиозную жизнь в Восточной Словакии и развивать достигнутые успехи хотя бы при минимальной поддержке государства*.

4. Создать православный центр в Михаловцах и вспомогательный центр в Кошицах. Эта задача выполнена. В Михаловцах создан центр Михаловской епархии во главе с епископом Александром Михаличем. Сможет ли этот центр выполнить поставленные перед ним задачи по переводу в православие подавляющего большинства верующих греко-католиков и униатского духовенства, покажет будущее.

5. Обеспечить претворение в жизнь решений прешовского Собора путем создания комитетов по переводу в православие. О судьбе этих комитетов уже говорилось выше,

Надежда словацкого Управления по делам церкви в один прием покончить с унией, как видно, не оправдалась. Собор не решил исхода кампании, а к длительной кропотливой систематической работе местные организации оказались не совсем подготовленными. Создавшееся положение с проведением кампании по переводу в православие потребовало принятия дополнительных мер и обсуждения этих мероприятий на заседании ЦК КПС.

*Уполномоченный по делам церкви Гольдош в своем докладе в ЦК предлагает усилить позицию православной церкви в Михаловской епархии, направив туда все возможные кадры духовенства; немедленно организовать краткосрочные курсы православных священников; организовать пропагандистскую кампанию через печать, радио, кино, театр, путем развития миссионерской деятельности; приложить все силы к тому, чтобы привлечь на сторону православия новых священников-униатов; провести радикальные мероприятия против организаторов отпора православию из числа греко-католических священников и их родственников; сделать невозможным влияние римско-католической церкви, устранив наиболее реакционно настроенное духовенство с приходов, расположенных в пределах Михаловской и Прешовской епархий* и воспитав римо-католических священников-патриотов в духе мирного сосуществования с православной церковью. Далее Гольдош предлагает включить в эту кампанию местные партийные органы, вменив им в обязанность оказывать помощь церковным рефератам, контролировать и направлять работу органов, непосредственно проводящих кампанию по переводу.

**Особое место в докладе Гольдоша занимает организация работы по воспитанию духовенства и усилению влияния на него. Он предлагает к каждому священнику приставить группу доверенных лиц, которые будут выполнять роль агитаторов и в задачу которых будет входить обработка духовенства в духе преданности православной церкви и народно-демократическому государству**. Кроме этого, духовенство ежемесячно будет собираться на конференции, в рамках которых Священники будут «повышать свое политическое образование»*. Из числа активных священников будут созданы группы в масштабе области или района, которые также будут включены в агитационную работу. Вместе с этим Гольдош предлагает провести переселение родственников арестованных священников в другие районы.

**Судя по докладу Гольдоша, местные власти намереваются принять решительные меры к тому, чтобы кампания по переводу униатов в православие была закончена как можно быстрее**.

Секретарь Генконсульства СССР

в Братиславе

(А. Фабричников)

ГА РФ. Ф. 6991. Oп. 1. Д. 724. Л. 294–303. Подлинник.