Источник

Возвращение

Олег Бычков

Непопранная святость207

К истории возвращения мощей святителя Иннокентия в Иркутск

Поздним воскресным вечером 2 сентября 1990 г. на перроне Иркутского вокзала епископ Иркутский и Читинский Вадим совершил торжественный молебен по случаю прибытия мощей святителя Иннокентия, Первоепископа Иркутского. Без малого 70 лет сиротствовала Сибирская земля без угодника Божьего и молитвенника нашего Иннокентия. Где же все эти долгие годы обретались святые мощи?

Перенесемся в студеный январь 1920 г. Фронты Гражданской войны докатились и до патриархального Иркутска. Здесь в Приангарье Белая армия прошла самый тяжкий отрезок своей Голгофы Великого Сибирского Похода, начавшегося под Мариинском в декабре 1919-го. Чудом большая часть Белого воинства, обмороженная, но избежавшая плена, прорвалась по льду Байкала на Восток. Сей героический прорыв осеняли воинские хоругви с образами свт. Иннокентия и Софрония, епископов Иркутских. Более того, настоятель Вознесенского монастыря благословил идущих на смерть за Русь Православную скуфьей святителя Иннокентия, хранившейся до этого события в резном киоте в Тихвинской церкви монастыря208.

В марте 1920 г. в Иркутск входят части 5-й Рабоче-Крестьянской Красной армии. И сразу же новая власть в лице председателя Восточно-Сибирского губисполкома Мартемьяна Рютина повела борьбу с Церковью. Решением I съезда Советов Восточно-Сибирского края от 24 января 1921 г. была создана комиссия по вскрытию раки с мощами Святителя и публичного «разоблачения» чуда. Вскрытие святых мощей прошло в присутствии церковного клира и мирян. Иркутская ВЧК и губернские власти, боясь справедливого гнева сибиряков, ревностных почитателей своего Заступника, тайно отправляют его мощи в Москву. Здесь они поступают в распоряжение Шифмана, директора выставки-музея по охране здоровья Наркомздрава РСФСР.

В начале 1920-х гг. музей Наркомздрава, размещенный в доме № 14 на Петровке, уже принял около 60 православных святынь – печальный результат беззаконного вскрытия мощей в разных уголках многострадальной Православной Руси. До конца 1920-х гг. продолжалось разорение рак в церквах и монастырях. Активно пополнялась и «коллекция» этого чудовищного музея. Стоит лишь кратко перечислить мощи тех святых, что выставлялись здесь для праздного обозрения: св. Анны Кашинской, свт. Иосафа Белгородского, свт. Феодосия Черниговского, прп. Серафима Саровского, свт. Иоанна Тобольского и прп. Симеона Верхотурского209. Но вот в начале 1930-х гг. музей упраздняется. На долгие годы теряются следы мощей свт. Иннокентия.

Обратимся в нашем повествовании за помощью к музейным работникам. Приведу рассказ сотрудницы Ярославского историко-архитектурного музея Елены Андреевны Анкудиновой, записанный с ее слов в 1991 г.:

«Кажется, еще в начале 1988 г., когда шла подготовка к празднованию 1000-летия Крещения Руси, какой-то из западных радиоголосов сообщил, что в Ярославле прячут от верующих мощи св. князей Феодора Смоленского, Давида и Константина Ярославских. Эти мощи были хорошо известны и атрибутированы. Их без лишних хлопот передали Православной церкви. Но рядом с ними находилась еще одна витрина с мощами, в ногах которых помещалась табличка «Естественно мумифицированный труп человека». Кто это был – мы не знали. Мощи переходили просто из рук в руки, от одного хранителя другому. И мне передали: «Это Федор Черный, Давид и Константин. А это неизвестно кто”. Хранились они без инвентарного номера. И исчезни вдруг мощи, никто бы и не спросил, где они».

Музейные старожилы поведали Елене Андреевне, что мощи появились в Ярославле в 1939 г. после открытия в храме Ильи Пророка антирелигиозного музея. В войну музей закрыли, а мощи оставались там до начала 1960-х гг. При Хрущеве-Богоборце в ярославских «верхах» пошли разговоры о том, что и им следует внести свою лепту в борьбу с «культами». Храм Ильи Пророка готовили к сносу. Мощи же святых собирались уничтожить. Однако музейные работники от греха подальше под покровом ночи на руках перенесли все мощи в церковь Николы Надеина210. Так и хранили, не афишируя.

После возвращения Ярославской и Ростовской епархии мощей блгв. кнн. Феодора, Давида и Константина приехал в музей епископ Костромской и Галичский Александр. Разыскивал он мощи прп. Геннадия Костромского и Любимоградского (1565 г.) и надеялся, что они-то и остались в храме Николы Надеина. Но описание мощей прп. Геннадия, составленное при их изъятии в Костроме в 1920-х гг., не соответствовало увиденному.

По промыслу Божьему все годы пребывания святых мощей в Ярославле их упорно называли «Сибирской мумией». Священнослужители высказывали предположение о том, что, возможно, это и есть мощи свт. Иннокентия. Широко бытовала и иная точка зрения. Считалось, что мощи Святителя находятся в Музее религии и атеизма в Ленинграде. Документальное подтверждение обеих гипотез отсутствовало.

Все же документы, подлинные документы, касающиеся святителя Иннокентия, нашлись. Хранились они в Иркутске, в фондах краеведческого музея. Готовясь в начале 1988 г. к выставке «Сокровища сибирских церквей в собрании музея», его сотрудники обнаружили и анатомическое описание мощей, и фотофиксацию процедуры их вскрытия.

В сентябре 1988 г. тогдашний правящий архиепископ Иркутский и Читинский, Высокопреосвященный Хризостом посетил выставку. У витрины с облачением святителя Иннокентия, некогда изъятым из ризницы Тихвинского храма Иркутского Вознесенского монастыря, владыка, сокрушаясь об утрате святых мощей, поведал присутствующим о ярославской догадке. Велика же была радость всех присутствующих, когда тут же выяснилось, что идентификацию можно провести благодаря документам из архива иркутского музея.

Копии были сняты и высланы в Ярославский музей-заповедник. В мае 1989 г. в Ростове Великом проходил II Всесоюзный фестиваль колокольного искусства. Впервые приняли в нем участие иркутские звонари. Сюда же прибыла и заведующая отделом древнерусского искусства Ярославского музея-заповедника Е. А. Анкудинова – большой энтузиаст возрождения колокольных звонов на Ярославской земле. Она-то, являясь хранителем мощей, и подтвердила тождественность описания 1921 г. с «Сибирской мумией». Особенно запомнилось ей отсутствие фаланги одного из пальцев на руке Святителя211.

Но как мощи оказались на Ярославской земле? Существует легенда, более похожая на правду. В конце 1920-х гг. Советское правительство усилило антирелигиозную пропаганду, доведя ее фактически до открытой борьбы по уничтожению религиозных чувств у собственного народа. Думается, нет нужды приводить здесь печальные цифры закрытых приходов, рисовать картины разорения храмов, говорить о расстрелянных и сосланных священнослужителях. Именно тогда со всеми святыми мощами решили поступить просто. В 1930–1931 гг. Наркомздрав СССР распорядился сжечь их. И тут вмешался народный комиссар просвещения А. В. Луначарский, в ведении которого находились тогда музеи Советского Союза. Он выступил за сохранение исторического достояния страны. Свой поступок нарком мотивировал достаточно материалистично. Поскольку мощи персонифицируются с реальными людьми, жившими несколько веков назад, то, по мнению просвещенного наркома, мощи могут стать объектом антропологического и археологического изучения специалистами из Государственной академии истории материальной культуры (позже академия была преобразована в Институт археологии АН СССР). В последующем один из сотрудников академии, кстати, учившийся и работавший в 1920-х гг. в Иркутске, прославился именно в разделе «полевой археологии», вскрывая могилы и склепы в Кремле, в монастырях и даже ездил для этого в далекий Самарканд.

Итак, мнение А. В. Луначарского дало свои результаты. В 1939 г. мощи святителя Иннокентия получили «прописку» в Ярославском музее Наркомпроса РСФСР. Пребывание их в Ярославле было обставлено менее оскорбительно. Обнаженные, прикрытые лишь бумагой, они не выставлялись для праздного обозрения. Святые мощи находились в фондохранилище в церкви Николы Надеина под стеклянным колпаком. Именно в таком виде застал их правящий Иркутский епископ Вадим, прибывший в Ярославль 12 марта 1990 г. для освидетельствования святых мощей.

Господь явил чудо вновь. Шестьдесят девять лет поругания святыни и небрежения к ней не смогли разрушить нетленные мощи свт. Иннокентия, епископа Иркутского. Члены двух комиссий, и от 12 марта 1990 г., и от 9 августа того же года, люди светские, врачи, музейные работники, реставраторы, представители Ярославского комитета по делам религии, все они были поражены крепостью тела святителя Иннокентия. Медицинский акт 9 августа 1990 г. фиксирует те же подробности, что мы находим в освидетельствовании 1921 г.

Накануне праздника Преображения Господа нашего Иисуса Христа, 18 августа 1990 г., мощи свт. Иннокентия покинули последнее светское пристанище. Игумен Толгского Пречистой Богородицы монастыря о. Евстафий и священнослужители Иркутской епархии о. Сергий Кузнецов и о. Александр Белый-Кругляков перевезли их во вновь открытый тогда Толгский монастырь Ярославской епархии.

С благословения архиепископа Ярославского и Ростовского Платона обнаженные мощи Святителя были покрыты его архиерейской мантией. Монахини встретили святые мощи за воротами обители. Собравшиеся прихожане забросали дорогу цветами. Монахини приготовили и украсили гробницу. Надо отметить, что менее года перед этим событием в Толгском монастыре были явлены из-под спуда мощи свт. Игнатия Брянчанинова (1867 г.). После восстановления Покровской церкви монастыря его мощи некоторое время, до устроения раки, находились в буковом гробу. Сюда-то, по стечению обстоятельств, были положены и вновь обретенные мощи Иркутского святителя.

После праздников Успения Пресвятой Богородицы и Третьего Спаса (Нерукотворного Образа Господа нашего Иисуса Христа), 30 августа, святые мощи в сопровождении о. Сергия и о. Александра отправились в Иркутск – к месту первого упокоения и последующего прославления. Процессия с мощами на руках вышла из монастыря под колокольный трезвон. Монахини-насельницы пропели тропарь и кондак свт. Иннокентию. С тех пор и поныне насельницы Толгского монастыря на литиях среди местночтимых святых поминают и нашего сибирского Чудотворца свт. Иннокентия.

Но за воротами обители у возвращавшихся в Иркутск начались злоключения. Скорый поезд № 10 «Байкал» опаздывал в Ярославль. Его ожидали на первый путь. Прибытие объявили на второй. Однако вместо фирменного голубого состава пришел зеленый, заляпанный грязью, С надписями «Москва – Ереван».

Можно понять удивление и растерянность священников. За 23 минуты перед отправлением дверь последнего, 17-го вагона открылась и появился заспанный человек восточного типа в форме железнодорожного служащего. На вопрос: «Куда идет поезд?» – последовал ответ: «В Иркутск». Это и была долгожданная «десятка».

Гроб с мощами святителя Иннокентия все еще находился на перроне у здания вокзала, когда злополучный поезд тронулся. Невероятными усилиями, не без помощи сердобольных работников станции удалось сорвать стоп-кран и остановить состав. За оставшиеся 3–4 минуты не только успели принести мощи к поезду, но и уговорили проводника пустить священнослужителей с их необычным грузом в тамбур последнего вагона.

Следует протяжный гудок, и состав медленно набирает скорость. Но вскоре вдруг встает за Волгой в ближайших к Ярославлю лесах. Там, на востоке, по пути следования сошли с рельсов два товарняка. По расписанию, не случись задержки, именно иркутский «скорый» должен был проследовать по злополучному перегону. Казалось, что не священники берегут бесценный груз, а сам Святитель хранит тех, кто находится в поезде.

Вот так, с опозданием на восемь часов, «Байкал» пришел на станцию Тайшет – первый большой транспортный узел на Иркутской земле.

Оставим на время поезд № 10 и перенесемся в Иркутск. Здесь и клирики, и церковный причт и все верующие с нетерпением ждали возвращения мощей Иркутского святителя.

Ранним воскресным утром 2 сентября ограду Знаменского кафедрального собора заполнили люди. Приехали православные не только из приходов обширной Иркутской епархии, но были посланцы и из Красноярска, Томска, Кемерова. Храм украсили белыми розами и хризантемами. Обрядили иконы, предназначавшиеся для крестного хода с мощами Святого.

Согласно расписанию поезд прибывал в 9.40 утра. Владыка Вадим еще в четверг через Комитет по делам религии предупредил областные власти о предстоящем молебне на перроне по случаю прибытия мощей святителя Иннокентия. Уже в 9.00 радостные и возбужденные люди, в основном молодого и среднего возраста, собрались на привокзальной площади. Пожилые ожидали мощи у храма. Однако столь знакомой в то время в СССР картины, характерной для всех «санкционированных мероприятий»: милицейских нарядов и машин ГАИ – на площади у вокзала не наблюдалось. Электронные часы отсчитывали последние минуты.

Их прошло десять после расчетного времени прибытия поезда, затем еще десять. Справочная вокзала дала задержку «десятке» на восемь часов. Тут-то и стала ясна причина столь либеральной встречи без блюстителей порядка, отцов города и областного начальства. Вероятно, о том, что поезд не придет вовремя, они знали заранее.

В кафедральном соборе после утренней литургии владыка объявил о том, что молебен Иннокентию будет отслужен в 5 часов вечера. Многочисленные прихожанки пожилого возраста, разместившись по лавочкам и скамьям, остались в ограде бывшей женской обители. Погода – ясный светлый осенний день, дарила радость людям.

Днем выяснилось, что поезд нарушает график уже на десять часов. Перед вечерней службой в храме узнали, что диспетчер Иркутского транспортного узла дал задержку еще на двенадцать часов.

Солнце клонилось к закату. Истомленные люди ждали. О причине опоздания иркутские железнодорожники не знали. Вот и в 21 час поезд не пришел. Можно было догадываться: вечер – светлый, а дачные поезда в конце воскресного дня подвозят слишком много любознательных горожан, потенциальных участников встречи Святителя. И вновь скорому поезду дают задержку на два часа.

Действительно, отставание на четырнадцать часов удивительным образом контрастировало с опозданием, например, почтово-пассажирского поезда «Москва – Благовещенск» всего на полтора часа. Все скорые поезда шли или по расписанию, или с задержкой в пятнадцать минут. Даже главный диспетчер Восточно-Сибирской дороги потерял свои фирменный поезд. И только в самый последний момент выяснилось, что «Байкал» приходит на двадцать минут ранее объявленной задержки.

Скорее в автобус, скорее на вокзал. Успели-таки вовремя. Стойкие русские женщины нутром, верой узнали, где он, семнадцатый вагон со святыми мощами. Свечи зажжены, молитва к Господу придает силы. Эта группа иркутских старушек, строгих женщин и стала ориентиром для тех немногих встречающих святые мощи, кто еще оставался на привокзальной площади в тот поздний воскресный вечер, почти ночь. А советская демократия действовала вовсе без милиции при минимуме официальных лиц.

Тормозные буксы остановили бег «Байкала» в 23.30 2 сентября 1990 г. Гроб со святыми мощами, под пение верующими «величания», священнослужители на руках вынесли из вагона на перрон. Свершилось! Святитель Иннокентий вновь окормляет Иркутскую землю! Все спешат приложиться ко гробу. У всех на глазах слезы радости. Епископ Вадим здесь же, на перроне, совершил краткий молебен Святителю. Впереди была поездка по ночному городу к месту торжественного богослужения в Знаменском кафедральном соборе.

Владыка, несколько опередив кортеж, успел облачиться и у святых ворот ограды храма под праздничный трезвон всех колоколов возглавил торжественную встречу Иркутского святителя. Так получилось, что священники Иркутской епархии внесли гроб на руках в ограду ровно в полночь. Перекликающиеся со звездным небосводом, колеблющиеся в ночной свежести язычки свечей отметили путь крестного хода вокруг храма. Затем святые мощи внесли вовнутрь и поставили по центру церкви у икон Знамения Божьей Матери и святителя Иннокентия.

Сразу же начался молебен на возвращение святых мощей свт. Иннокентия в Иркутск. Люди преклонили колена, и слезы искренней радости окропили лица. Глубокая ночь не отняла сил. Общая молитва, радость необычного события укрепляли душевный порыв православных. Чудо было явлено вновь. Как бы не было долгих лет забвения и глумления, сила гонимой Церкви была в Вере.

В тот момент мало кто еще знал, что сбылось видение уважаемого иркутского жителя Ивана Никитича Корюхова, явленное ему во сне 6 августа 1785 г. Записанное в прошлом XIX столетии, оно в 1990 г. воистину стало пророческим. Сновидец за два столетия до сего дня предрекал – гробнице с телом Преосвященного Иннокентия «...надлежит быть в Иркутском Знаменском монастыре».

Спустя месяц свершилось знаменательное событие, прямо связанное со святителем Иннокентием.

За шестьдесят девять лет до этого, черным январским днем 1921 г., одежды и погребальные облачения Святителя были отняты у Церкви, Их передали в Иркутский краеведческий музей. Долгие годы никто, даже сотрудники музея, не подозревал об их существовании.

Как уже упоминалось, в достославную годовщину 1000-летия Крещения Руси в музее была открыта выставка, посвященная церковному декоративно-прикладному искусству. Здесь-то, впервые за долгие годы небытия, были явлены одежды святителя Иннокентия.

Так все увидели парчовую фелонь, расшитую речным жемчугом и украшенную вызолоченными бляшками212. Предание связывает эту реликвию с именем Императора Петра Великого, который присутствовал на епископской хиротонии Иннокентия Кульчицкого Александро-Невской лавре 5 марта 1721 г. и подарил ее епископу213.

В музее оказались и плащаница из раки святителя Иннокентия, его архиерейская мантия, а также митра. Все это, включая поручи, епитрахиль, омофор и воздух, было торжественно передано представителям Иркутской епархии во главе с Преосвященным Вадимом.

Спустя еще месяц, в знаменательный для всего православного мира день чествования Казанской Иконы Божьей Матери, в Знаменском кафедральном соборе после праздничной литургии произошло необычное событие. Здесь надо вернуться все в тот же 1921 г.

До момента изъятия мощей из раки в руке святителя Иннокентия был простой деревянный крест с распятием Господа нашего Иисуса Христа. Чудодейственным образом крест этот не был утрачен. Один из архимандритов, присутствовавший при вскрытии святой раки, сохранил крест Святителя и затем передал его в надежные руки на хранение. Спустя многие годы крест с напутственной молитвой отдали нынешнему архиепископу Керченскому Анатолию, викарию Сурожской епархии. Владыка Анатолий, иркутянин по рождению, перед отъездом к месту служения в Великобританию посетил Иркутск с тем, чтобы выполнить завещанное ему – по возвращении мощей святителя Иннокентия в Иркутск возложить крест в длань Святителя.

Промыслом Божьим свершилось и это! После праздничной литургии 4 ноября 1990 г. крест был помещен в гробницу Святителя.

В те знаменательные дни чувства всех православных верно выразил Преосвященный Вадим, епископ Иркутский и Читинский: «В январе 1921 года над святыми мощами святителя Иннокентия совершили акт вандализма. Корни безнравственности, царящей в нашем обществе сейчас, идут от тех времен. Хочу выделить два знаменательных момента: епископ Иннокентий (Кульчицкий), человек высоконравственный и образованный, основал Иркутскую епархию в 1727 году; тогда в этих краях царила анархия, процветали воровство и пьянство, убийства и насилие. Святитель Иннокентий приложил много сил, чтобы поднять нравственный уровень, в первую очередь, духовенства, которое мало чем отличалось от окружающих. И возвращение святителя Иннокентия, его святых мощей, по своему символично: ведь он явился к нам тоже в очень трудные времена, как и тогда, в 1727 году.

Считаю, что к святителю Иннокентию мы должны относиться, как к национальному достоянию. Очень радуюсь тому, что справедливость по отношению к нему восторжествовала».

Письмо Олегу Бычкову архиепископа Керченского, викария Сурожской епархии214

19 июня, 1997 г.

Лондон

Уважаемый Олег!

(Простите, что не знаю Вашего отчества)

Сообщаю Вам, что мною получен Ваш пакет с письмом и журналами, который передал мне в Лондоне господин Keith Hill. В письме Вы просите сообщить о судьбе креста св. Иннокентия, доставленного мною в Иркутск и вновь вложенного в руку Святителя.

Отвечая на Вашу просьбу, скажу то, что мне известно со слов Галины Викторовны Черепановой, хранившей этот крест.

Во время вскрытия мощей св. Иннокентия один из архимандритов Иркутского Вознесенского монастыря, отец Герман, вынул этот крест из руки Святителя, чтобы спасти святыню от поругания, и какое-то время хранил его у себя, и затем, когда судьба монастыря была уже предопределена, он передал крест на сохранение Галине Викторовне Черепановой, в то время молодой девушке, жительнице Иркутска. Отдавая крест св. Иннокентия Галине Викторовне, архимандрит Герман сказал ей такие слова: «Когда Святитель Иннокентий вернется на свое место, в Иркутск, ты должна этот крест вложить ему в руку, из которой он взят».

Галина Викторовна сохраняла эту святыню, о существовании которой знали очень немногие.

С Галиной Викторовной я познакомился в 1942 году, во вновь открытой Иркутской Крестовоздвиженской церкви, в то время единственном действующем храме в городе, прихожанами которого мы стали. Тогда мне было 12 лет. Я принял в этой церкви Святое Крещение. Настоятель церкви, протоиерей Стефан Попов, привел меня к алтарю. Я стал помогать за праздничными службами. Галина Викторовна вместе со своей сестрой Анной, студенткой Иркутского университета, были активными прихожанками и постепенно ввели меня в круг своих знакомств с людьми, под духовным руководством которых они были.

После окончания Великой Отечественной войны Галина Черепанова переехала в Москву. Крест святителя Иннокентия она сохраняла в своей квартире в Москве.

В 1943 году я поступил в Московскую духовную семинарию, а затем и академию, и более 20 лет прожил в стенах Троице-Сергиевой лавры, недалеко от Москвы. Ежегодно, в день памяти св. Иннокентия, Галина Викторовна приезжала в лавру, где, в Академической церкви, мною совершалась праздничная служба Святителю.

В 1972 году я был посвящен в епископы и уехал в Литву. Я всегда навещал Галину Викторовну, когда бывал в Москве. Она была уже пожилым человеком и из-за болезни ног не могла выходить из дома. Я ее напутствовал и причащил. И я, и Галина Викторовна были очень близки к архимандриту Псково-Печерского монастыря Иоанну (Крестьянкину). Она была его духовной дочерью. Когда она стала немощной и неспособной лично исполнять поручения архимандрита Германа, архимандрит Иоанн велел ей передать крест св. Иннокентия мне. Таким образом крест св. Иннокентия оказался у меня.

Когда в 1990 году мощи Святителя вернулись в Иркутск, я, находясь в Москве, постарался исполнить пророческое завещание архимандрита Германа и, приехав в Иркутск, осенью 1990 года, после богослужения в Знаменском соборе, в праздник Казанской иконы Божьей Матери, возвратил в руку Святителя Иннокентия его крест, осуществив просьбу архимандрита Германа. Это все, что я могу сказать.

Спасибо Вам за журналы и за Ваше внимание.

С искренним уважением

Анатолий

Анатолий Сирин

Святитель Иннокентий и будущее Сибири215

Для того чтобы осмыслить, хотя бы даже и приблизительно, будущую роль святителя Иннокентия в судьбах Сибири, надо обратиться к некоторым знаменательным историческим фактам его земной жизни. И не только потому, что будущее так или иначе определяется прошлым, но и потому, что оно содержит в себе некоторые явные указания на грядущий ход событий.

История земной жизни Святого во многом загадочна и содержит немало белых пятен и пропусков. Поэтому чтобы представить по возможности полно его биографию, приходится волей или неволей прибегать к некоторым догадкам и предположениям. К этому следует добавить, что жизненный путь Святителя полон не только трудностей и лишений, но и всевозможных случайностей, несостоявшихся замыслов, неожиданных поворотов судьбы.

Чтобы не быть голословными, сошлемся на два случая из его биографии, в какой-то мере определивших его земной путь, а затем и посмертную славу.

Случай первый. Иннокентий Кульчицкий, как можно судить по некоторым имеющимся косвенным сведениям, по состоянию своего здоровья не стремился в город на Неве, однако волею случая оказался в Северной столице, да еще в роли обериеромонаха русского флота, к которому он, как сугубо сухопутный человек, никакого отношения не имел.

Можно по-разному отнестись к этому факту. Историк-рационалист, руководствующийся так называемым здравым смыслом, не отыщет в нем ничего необычного, не проявит к нему особого интереса, а может быть, и вообще пройдет мимо него стороной.

Но если мы примем во внимание, что промыслом Божиим будущий Святитель предуготовлялся для великого служения Православию и Отечеству в Сибири, то этот вроде бы случайный факт наполнится глубоким значением.

Ведь Иннокентий Кульчицкий оказался не просто в «полунощном» граде, но в тех самых местах, где за полтысячи лет до него подвизался знаменитый светильник Православия, его земной и небесный воин Александр Невский. Святой Александр Невский был, как известно, и первым русским государственным деятелем, определившим будущую политику Русского государства по отношению к Востоку.

Поставив крепкий заслон политическому и религиозному проникновению католического Запада на Русь, упредив это проникновение рядом военных побед, Александр Невский избрал иной подход в отношении угрозы с Востока. Подход этот основывался на осторожной и гибкой дипломатии. При этом он учитывал, что татаро-монголы более терпимы к русским обычаям и православной вере, нежели завоеватели с Запада, стремившиеся хитростью и лицемерием насадить католичество, огнем и мечом искоренить Православие.

Отсюда можно заключить, случайно или не случайно благодать архиерейства и молитвенное напутствие перед дальней дорогой в «царство хинов» Иннокентий Кульчицкий получил в Троицком соборе Александро-Невской лавры перед святыми мощами великого подвижника православия, знаменитого печальника Земли Русской.

Случай второй, не менее знаменательный, если не более. Он связан с отказом китайского императора принять русскую духовную миссию во главе с «великим господином», как было сказано в препроводительном письме русского правительства о начальнике духовной миссии епископе Иннокентии. Именно наименование «великий господин», неосторожно употребленное царским чиновником, стало поводом для отказа принять духовную миссию. Въезд Святого в Китай оказался затворенным.

Теперь, по прошествии двух с половиной веков, с высоты времени в двадцать шесть десятилетий, этот, казалось бы, мелкий и несущественный факт, принесший столько разочарований Святителю и всем членам духовной миссии, может с полным основанием быть отнесен к числу промыслительных. Благодаря ему Иннокентий оказался в Иркутске и стал первым епископом Иркутским. Пути Господни поистине неисповедимы, и приведенный пример еще одно тому подтверждение.

Объясняя этот эпизод из жизни Святого, историки-рационалисты прибегают к понятию случая, используя логику азартного игрока: такая уж масть пошла, не подфартило, подремизило. В ответ на это можно сказать: случай случаю рознь. Есть события, не меняющие естественного хода жизни. Но есть и судьбоносные, промыслительные, хотя внешне кажутся незначительными. Они сродни чуду, будучи своеобразными формами проявления чуда. Часто вообще не представляется возможным отграничить чудесное от случайного и случайное от чудесного. В любом, однако, явлении чуда всегда можно (и нужно) усмотреть Божественный промысел, наличие Божественных энергий, изменяющих естественный ход вещей, логическую связь событий. Оно, это вмешательство, может обнаружить себя явно, но чаще скрывается в гуще фактов, сплетениях обстоятельств, тайниках страстей, лабиринтах стремлений и интересов.

Можно ли назвать чудом то стечение обстоятельств на жизненном пути Иннокентия Кульчицкого, которое вопреки воле государственных и церковных властей, да и его собственных намерений, остановило его в Иркутске, отчего стал он первым Иркутским епископом, апостолом Православия в Сибири?

Во всех этих обыденных фактах жизни Святителя, если смотреть на них через призму «здравого смысла», конечно, невозможно разглядеть что-то необычное, а тем более промыслительное. При таком подходе мы неизбежно оказываемся в плену случая и не в состоянии разглядеть скрытую под его покровом предопределенность.

Богу было угодно, чтобы архипастырь остался в Сибири, где он, как добрый наставник и угодник Христов, «изнемогшее подъявый, болящее уврачевавый, сокрушенное обязавый, заблудшее обративый, погибшее взыскавый, вверенные души бденным молением и путным, человеческие силы превосходящим обхождением добре сохранивый» (Из акафиста святителю Иннокентию). Богу было угодно, чтобы свт. Иннокентий закончил свой земной путь в Иркутской Вознесенской обители. Как неиссякаемый сосуд Божественной благодати оставил он нам свои нетленные мощи, через которые подается притекающим к его заступлению великая милость. Святые его мощи – цельбоносный источник, врачующий наши немощи и болезни, наполняющий нас верой, любовью и надеждой, помогающий в наших скорбях, утешающий нас в печалях. С уверенностью можно сказать, что со смертью Святого не прекратилось его молитвенное ходатайство теперь уже непосредственно перед престолом Божиим за люди своя, за Отечество наше, за край наш сибирский. Не прекратилось и не ослабло, а продолжается с еще большей силой.

Имеется немалое количество официально засвидетельствованных чудотворений свт. Иннокентия. Все они были явлены отдельным верующим и даже неверующим людям, которым в трудную минуту в условиях смертельной опасности или безнадежного положения помог своим чудесным вмешательством отче Иннокентий. А сколько известных и неизвестных людей, оставленных врачами и обратившихся с горячей молитвой к Святому, избавилось его помощью от различных болезней!

К сожалению, никто и никогда не выяснял даже самую возможность чудесного вмешательства Святителя в социально-политическую сферу русского общества, промыслительного влияния Святого на ход исторических событий в Сибири.

Между тем вряд ли кто станет отрицать роль Вознесенской обители, где пребывали мощи Святого, в культурном освоение и колонизации Восточной Сибири, Дальнего Востока, Камчатки и Аляски. Наши миссионерские успехи в Китае и Японии, по крайней мере до начала XX столетия, так или иначе связаны с Иркутском, с Вознесенским Свято-Иннокентьевским монастырем, куда за благословением и испрашиванием помощи приходили и миссионеры, и купцы, и государственные деятели и где после успешного завершения дел перед ракой Святого совершались молебны. Знаменитый Вознесенский собор, в котором покоились нетленные мощи великого просветителя Сибири, неоднократно, как свидетельствуют исторические источники, был местом торжественных служб в благодарность за успешно совершившиеся экспедиции, удачную торговлю, присоединение новых земель, успех дипломатических переговоров.

Подготовка миссионеров Православия в Сибири и на Дальнем Востоке началась еще при жизни Святителя, под его непосредственным руководством. Впоследствии на базе училища, в котором проходила эта подготовка, была создана духовная семинария, которая многие годы своего существования пребывала в ограде монастыря. Из этого учебного заведения вышло много выдающихся ученых, миссионеров, религиозных и политических деятелей. Достаточно в связи с этим вспомнить знаменитого просветителя Америки и Аляски свт. Иннокентия, митрополита Московского, причисленного уже в наши дни к лику святых Православной церкви. Подолгу усердно и слезно молился перед святыми мощами епископа Иннокентия другой выдающийся русский миссионер, просветитель Японии свт. Японский Николай, ныне почивающий под спудом в Никольском соборе в центре Токио.

Не только миссионеры получали благодатную помощь от свт. Иннокентия в их просветительской деятельности на Востоке и в Америке. Под его незримым покровительством успешно разрешались дипломатические дела, политические проблемы. Любое более или менее значительное государственное начинание в отношениях с восточными странами, в тонких и деликатных территориальных вопросах предварительно освящалось в Вознесенской обители и на то испрашивались молитвы Святителя за Отечество.

Нельзя не вспомнить в связи с этим знаменитого нашего дипломата и государственного деятеля генерал-губернатора Восточной Сибири Н. Н. Муравьева-Амурского, который без кровопролития, мирно и по доброму согласию добился присоединения к России богатых и обширных территорий Дальнего Востока. Имеются личные свидетельства графа Муравьева-Амурского о благодатной помощи свт. Иннокентия в переговорах с китайской стороной. Известно также, что граф часто молился перед ракой с мощами свт. Иннокентия о ниспослании Божией помощи во многих начинаниях.

Все знаменитые экспедиции на Дальний Восток и в Америку не миновали Вознесенского монастыря и молитвенного напутствия Святого. Вспомним экспедиции Шелихова, этого русского Колумба, прах которого ныне покоится в ограде Знаменского монастыря. Беринг, Хабаров, Крашенинников, Арсеньев и многие другие выдающиеся русские путешественники, а также купцы начали и нередко заканчивали свои путешествия в Иркутске, а значит, и в стенах Вознесенской обители.

Все, о чем была сказано, имеет прямое и непосредственное отношение к основному и наиболее трудному для нас вопросу: о значении свт. Иннокентия для будущего Сибири. Насколько известно, этим вопросом у нас пока еще никто не занимался и каких-либо исследовании на эту тему не имеется. Это и неудивительно, если учесть, что грядущее скрыто от нас плотной завесой неопределенности, через которую едва ли возможно разглядеть детали будущего бытия великого края. Еще труднее говорить сколько-нибудь определенно о том, какое влияние окажет на ход и исход совершающихся в Сибири процессов свт. Иннокентий: вмешательство святых в судьбы государств и народов таинственно и непредсказуемо.

Это не должно, однако, останавливать нас в стремлении хотя бы в общем виде представить будущее Сибири: лучше иметь пусть размытую, недостаточно четкую в своих контурах картину грядущего, чем не иметь никакой.

Будущее Сибири зависит и от внешних, и от внутренних воздействий. Оно определяется и прошлым, и настоящим. Сегодняшнее состояние великого края, как и страны в целом, по общему признанию мыслящих людей, есть следствие глубокого духовного кризиса, охватившего все население страны, все сферы общественной жизни. Духовное помрачение достигло своей наивысшей точки в наши дни, переломные и судьбоносные дни России. Веру в христианского Бога большевики насильственными мерами заменили верой в призрачного коммунистического идола. Эта подмена стоила величайших жертв, привела к духовной деградации населения, направила его энергию и волю на достижение ложных ценностей.

И все же народ наш не разуверился окончательно: он и в самое богоборческую идеологию сумел привнести христианские заповеди, православные моральные ценности. В известном смысле можно утверждать, что христианским оставался и уклад жизни простого народа.

Теперь, когда идол коммунизма повержен, когда развеялся туман лжи, а надежды на лучшее не подтвердились, люди оказались, что называется, у разбитого корыта: истинную веру отцов уже забыли (а правильнее сказать, уже не знали), веру же в будущий рай на земле разрушили сами проповедники и апостолы коммунизма. Образовался величайший, никогда прежде в истории не встречавшийся духовный вакуум – результат бездумных, романтических экспериментов произвольного вмешательства в социальную среду, складывавшуюся веками. Сегодняшние правители пытаются заполнить его гибельным многообразием верований и идеологий, имя которым легион.

В этой чрезвычайно опасной для Сибири и всей России еще невиданной ранее смуте вызволяются из сатанинского пленения мощи святых. Знаменательно, что мощи благоверного великого князя Александра Невского и святителя Иннокентия вновь обретены и возвращены церкви почти в одно и то же время.

Пока еще рано судить о том, какое воздействие окажет возвращение мощей свт. Иннокентия на духовное оздоровление людей. Но уже сейчас ясно и отчетливо просматривается начавшийся процесс воцерковления народа: массовое крещение детей и подростков, открытие новых храмов, строительство церквей, религиозное просвещение. Удивительно и символично, что в наши дни, как и во времена Иоанна Крестителя, когда на Иордане-реке крестился сам наш Господь Иисус Христос, или во времена великого князя Владимира, крестившего в Днепре наших далеких предков, происходит массовое крещение. Например, на реке Лене в Жигаловском районе нашей области в 1995 г. принимали крещение жители сел и деревень, о чем сообщали областные газеты. Это примечательное событие произошло, будем надеяться, не без молитвенной помощи святителя Иннокентия.

Да и самое возвращение мощей Святителя промыслительно. Тут пока еще много неясного и скрытого. В большевистском пленении мощи находились примерно столько же времени, сколько под спудом до их первого обретения. И хотя события, связанные с арестом мощей и пребыванием их в заточении, отстоят от нас на два столетия ближе, чем от времени их освобождения из-под спуда, мы о них почти ничего не знаем. Где побывало и где пребывало за это время нетленное тело Святого, почему оно в конце концов оказалось в Ярославле, пока не ясно, хотя именно сейчас, по горячим следам, надо было бы провести расследование. Выяснение этих обстоятельств позволит еще более укрепить нашу уверенность в невидимом и чудном предстательстве отче Иннокентия за нас пред Богом, откроет новые подробности его помощи в наших личных и национальных скорбях.

Можно не сомневаться в том, что благодатная помощь Святителя всем с верою к нему притекающим будет оказываться и впредь. Больше того, его заступничество вследствие бедственного и даже отчаянного положения многих христиан, как, впрочем, и страны нашей христианской в целом, будет возрастать, а это, в свою очередь, приведет к глубоким изменениям и самой православной паствы.

Но чтобы подвигнуть весь этот процесс в сторону нравственного возвышения общества, возрастания в нем духа благочестия и любви, недостаточно надеяться на помощь Бога и его святых: без деятельного участия Церкви и всех нас, ее чад, никакого подъема не наступит. Не зря же говорят: на Бога надейся, да сам не плошай. К сожалению, и упование наше на помощь Бога некрепко, и усилия наши в деле духовного и нравственного очищения немощны.

Среди болезней, поразивших общественную жизнь, в том числе и верующих, наиболее опасными являются пьянство и сребролюбие. Эти пороки достигли угрожающих размеров и у нас в Сибири.

Сегодня становится понятной та беспощадная борьба, которую вел святитель Иннокентий против греха пьянства и сребролюбия, хотя их масштабы в сравнении с нынешними не были столь значительными. Особенно резко выступал он против пьяниц и пьянства. Грех пьянства приводит в конце концов человека к погибели. И боролся Святитель с этой общественной опасностью всеми доступными для него средствами: отлучением от Церкви, захоронением пьяниц, подобно самоубийцам, за пределами кладбищенской ограды. Нельзя без волнения и ныне читать его страстные проповеди, обличающие пьянство как смертный грех.

Конечно, некоторые из этих средств, в силу особых условий нашей сегодняшней социальной жизни, недейственны, однако Церковь может и должна прививать и внедрять в человеческие души страх Господень – начало всякой мудрости. Будем надеяться, что с Божией помощью, по предстательству за нас великих святых, при объединенных усилиях государственных властей и общественности, направленных против дьявольского наваждения, наш народ начнет освобождаться от гибельного дурмана. Возвращение к вере отцов, начавшееся уже сегодня примет массовый характер, и мы явимся свидетелями постепенного отрезвления народа.

Хорошо известно, что основная, определяющая причина всех бед и всех испытаний, выпадающих на долю общества и отдельного человека, в том числе и такой беды, как пьянство, есть борьба князя мира сего, диавола, с Богом с целью «разрушить дела Божия в мире и погубить человека, как венец Божия творения»216.

Страх Господень уводит человека от диавола, понуждает поступать перед лицом Бога по совести, отвращает от греха.

Святитель Иннокентий был грозным обличителем пьянства еще при жизни земной. Верим, что своим ходатайством пред престолом Всевышнего он и теперь поможет нам одолеть это ужасное зло. Надо только не оставлять без внимания ни одного, даже самого незначительного факта, который бы указывал на чудесное вмешательство Святого в освобождение людей от опасного недуга, как, впрочем, на всякую помощь людям, полученную по молитвам Святого.

К сожалению, материалов на эту тему наша местная печать не дает и, похоже, не собирается давать. Между тем до революции иркутская общественность постоянно информировалась обо всех случаях чудесного заступничества Святителя за больных и немощных пред Богом. Ныне многие иркутяне, как ни печально, вообще не знают ничего о святители Иннокентии, а тем более о совершенных им чудесах.

Попытаемся теперь высказать несколько общих соображений относительно внешних обстоятельств, в которых может оказаться в ближайшем будущем Сибирь, и задумаемся о роли Святителя.

Рядом с нами Китай – мощная держава с миллиардным населением, располагающая атомным оружием, межконтинентальными ракетами, громадными природными ресурсами, которые при необходимости могут быть использованы против нас. Поэтому не исключено, что от характера наших отношений с Китаем, как и вообще со всем восточным миром, будет зависеть судьба мира, судьба человечества.

Поистине судьбоносны и исполнены величайшего смысла неоднократные попытки святителя Иннокентия оказаться со своей духовной православной миссией в «царстве хинов».

В этом свете несостоявшаяся встреча Иннокентия Кульчицкого с Китаем может быть оценена и осмыслена под углом зрения будущих отношений России с Китаем. По поводу этого исторического факта напрашивается предположение: Святой навечно остался на границе нашего государства как охранитель Сибири, незримый защитник восточных рубежей России, в том числе и прежде всего обширной русско-китайской границы. С давних времен святитель Иннокентий духовно оберегает Сибирь от экспансии ее восточных соседей.

С момента блаженной кончины Святителя прошло более четверти тысячелетия. За эти два с половиной столетия каких-либо серьезных столкновений России с великим соседом не было. Наоборот, в наших отношениях с Китаем преобладали дружба и добрососедство. Между двумя странами не случилось кровопролитных войн, хотя оснований для их возникновения было более чем достаточно. Этот выдающийся исторический факт, по нашему глубокому убеждению, обусловлен, помимо всего прочего, неизъяснимым заступничеством Святителя, его мистическим влиянием на отношения России с Китаем.

И потому рискнем высказать такое утверждение о будущем русско-китайских связей: подобно тому, как были затворены ворота для въезда святителя Иннокентия в Китай, так будут закрыты навсегда ворота Сибири для китайского проникновения, и все попытки вторгнуться на ее территорию с недобрыми намерениями окажутся тщетными.

Заступничество великого Сибирского чудотворца за наш край никогда не иссякнет, если мы будем крепко стоять друг за друга, любить Бога и ближних, болеть за родную страну, быть верными Православию. Здесь действует тот же принцип, что и в нравственной сфере бытия человека: благодатная помощь дается только тому, кто сам этого желает и своими добрыми делами заслуживает ее получения. Если государство и общество желают Божественного содействия в отношениях с другими государствами и народами, в своих начинаниях и инициативах они должны проявить решимость действовать в духе евангельских заповедей и отеческих традиций.

В заключение хотелось бы еще раз вернуться к вопросу о воссоздании в будущем Вознесенской Свято-Иннокентьевской обители, в которой подвизался и окончил свой жизненный путь первый Иркутский чудотворец и где почти двести лет пребывали его святые мощи. В необходимости этого сегодня вряд ли кто из истинных сибиряков, а тем более православных может сомневаться. Что касается разговоров о «нереальности» осуществления богоугодного дела, то тем, от кого они исходят, напомним общеизвестную истину: то, что невозможно человекам, возможно всесильному Богу.

Благодаря заступничеству и горячим молитвам святителя Иннокентия пред престолом Божиим не только исполнились крепкие надежды верующих людей, но и потерявшие надежду утешились, святые мощи угодника Спаса Христа, великого сибирского святого, чудесно явились православному миру в намоленной древней церкви Николая Надеина в древнем русском городе Ярославле и возвратились в Иркутск.

Сегодняшние дни жизни нашего многострадального народа полны печали и скорби. Государственное, общественное, бытовое, семейное неустройство, духовный кризис и разброд поразили родную страну. Но именно в такие времена смуты милостью Божией ниспосылается благодатная помощь свыше, смятение и скорбь сменяются по молитвам святых радостной уверенностью, сердца людей наполняются любовью и надеждой на лучшее будущее. И мы, грешные, обращаемся к заступничеству нашего великого Святого со словами: «Радуйся, Иннокентие, великий в скорбех помощниче».

Благодарение

Издание осуществлено при финансовой поддержке губернатора Иркутской области А. Г. Тишанина

Со светлой радостью заметим, что все коллективы, приходы и отдельные лица, к которым мы обращались за помощью в поиске иллюстративного материала либо документальных источников, книг, журналов и т. д., помогали нам незамедлительно и с готовностью. А потому с благодарным поклоном перечисляем имена их как наших дорогих соавторов:

Его Высокопреосвященство архиепископ Иркутский и Ангарский Вадим;

экс-губернатор Иркутской области Б. А. Говорин;

Комитет по культуре Иркутской области: В. И. Кутищева, С. Г. Ступин;

священники Иркутской епархии: о. Максимилиан (Клюев), о. Дионисий Садовников, сотрудницы Иркутской епархии Г. Н. Маренкова, Е. П. Пилявина;

приход Михаило-Архангельской церкви: о. Каллиник Подлосинский, С. Ф. Мороков, Т. И. Белькова, В. И. Малых;

сотрудницы Иркутского областного краеведческого музея: Л. М. Колесник, И. В. Коренева, О. А. Акулич, Е. А. Добрынина, Е. Г. Манушкина, А. Т. Иванова, О. Ф. Купчина;

сотрудницы Иркутского областного художественного музея им. В. П. Сукачева: Е. С. Зубрий, Н. Л. Новикова, А. М. Парфененко, А. А. Новохатько;

сотрудницы Научной библиотеке Иркутского государственного университета: Н. Д. Игумнова, Р. В. Подгайченко, В. К. Пешкова;

бывшая сотрудница Иркутской областной государственной универсальной научной библиотеки им. И. И. Молчанова-Сибирского Л. М. Барковская;

сотрудники Государственного архива Иркутской области: В. Ф. Петровский Е. Б. Шободоев;

сотрудники Архитектурно-этнографического музея «Тальцы»: В. В. Тихонов, А. К. Нефедьева, Т. А. Крючкова, предоставившая материалы по иконам святителя Иннокентия Иркутской губернии;

сотрудницы Музея истории города Иркутска: Н. И. Гаврилова, И. И. Терновая;

сотрудники библиотеки Иркутского областного краеведческого музея: В. А. Грищев, Т. А. Глущенко;

архитектор И. В. Калинина.

Если кого-то и упустили, то не от умысла и просим прощения Христа и святителя Иннокентия ради…

* * *

207

Бычков О. В. (1959–1999). Статья написана О. В. Бычковым для этой книги в 1994 г.

208

Скуфья свт. Иннокентия была сохранена полковым священником и вывезена затем им в Маньчжурию. Ныне эта святыня находится в Свято-Троицком кафедральном соборе г. Сан- Франциско в США.

209

Подробнее о вскрытии в 1918–1919 гг. святых мощей и ликвидации священных останков повествуется в статье В.Ф. Козлова «Судьбы мощей русских святых» (Отечество: Краеведческий альманах. 1991. Вып. 2. С. 136–159).

210

Эта старейшая каменная посадская церковь Ярославля (построена в 1622 г.) в честь св. Николая, сохранившая в своем названии имя заказчика Надея Святешникова, связана с Сибирью. Епифаний Андреич, по прозвищу Надей (Надежда), активно участвовал в ополчении Минина и кн. Пожарского, в посажении на царство Михаила Романова. Церковь-памятник ярославскому ополчению 1612 г. строилась на деньги, вырученные «меховщиком» Надеем Святешниковым от торговли сибирской пушниной и от поставок товара в Сибирь.

211

Данная частица мощей свт. Иннокентия еще с прошлого века хранится в Знаменском соборе г. Иркутска в иконе-парсуне с ликом Святителя.

212

Тушью на полотняном подкладе фелони церкославянской вязью выполнена надпись, гласящая, что в 1726–1731 гг. ее носил Святитель.

213

Чудеса Святителя Иннокентия – первого епископа Иркутского. Иркутск, 1992. С. 12.

214

Письмо Олегу Бычкову архиепископа Керченского, викария Сурожской епархии Анатолия. Печатается с ведома и позволения вдовы Олега Бычкова О. Н. Бычковой.

215

Очерк написан для этой книги.

216

Архиепископ Аверкий. Истинное православие и современный мир // Россия перед вторым пришествием. М., 1994.


Источник: Первосвятитель Иркутский, епископ Иннокентий I (Кульчицкий) / Сост. В.В. Сидоренко; Вступ. слово архиеп. Иркутского и Ангарского Вадима; Иркутская епархия. - Иркутск : Иркутский писатель, 2006. - 576 с.: ил.

Комментарии для сайта Cackle