28-го числа
Препод. Ефрема Сирина
![](/otechnik/assets/build/html/36228/binary70.png)
Св. преп. Ефрем Сирин
Жизнь Ефрема Сирина служит также подтверждением того, что от корня доброго и плоды произрастают добрые.
«От предков моих (землевладельцев) получил я наставление о Христе, – говорит о себе преп. Ефрем, – родившие меня по плоти внушили мне страх Господень. Видел я соседей, живущих в благочестии, слышал о многих, пострадавших, за Христа. Отцы при мне исповедовали Его перед судьями; я – родственник мученикам».
Благотворные впечатления детства отразились такими же и последствиями. Несмотря на то, что в молодости, по причине слишком пылкого своего характера, Ефрем вдавался в предосудительные и опасные крайности, был чрезмерно раздражителен и увлекался воображением даже до хульных помыслов, тем не менее, доброе семя, посеянное в его сердце родителями, не могло погибнуть и взошло в своё время роскошными плодами. Господь Сам излил благодать Свою на уготованную почву и направил горячность раба Своего в спасительную сторону.
Орудием к его вразумлению Господь послал ему испытание – в виде незаслуженного наказания, которому был предан Ефрем по ложному обвинению (за пропажу из одного стада нескольких овец). Вместе с ним, и также невинно, были заключены в темницу ещё два человека, и все они сильно роптали на несправедливость в отношении к ним местного судьи.
Между тем, однажды ночью во сне Ефрем услышал следующие слова: – «будь благочестив, и уразумеешь Промысл Божий. Перебери в мыслях, о чём ты думал, и что ты делал, и по себе дознаешь, что эти люди страдают не несправедливо, но не избегнут наказания и виновные».
Когда Ефрем передал свой сон другим заключённым, то все они, поразмыслив, вспомнили, что есть за ними некоторые вины, оставшиеся неизвестными людям и ненаказанными.
Сообщив друг другу свои мысли, «при сих рассказах, – говорит Ефрем, – начал я приходить в сокрушение, потому что в этом было явное воздаяние»...
Это обстоятельство было для Ефрема спасительным исходом из его прежней необдуманной жизни, полной неразумными увлечениями. С этих пор стал он внимательно вникать в себя, и следствием этого было такое глубокое смирение и сокрушение о грехах своих, которые преобразили и как бы окрылили его на совершенно новую жизнь по выходу его из темницы.
Он оставил мир и удалился тогда в горы к отшельникам, и сделался учеником св. Иакова, будущего святителя Низибийского. Под его руководством стал он упражняться в различных подвигах благочестия и изучать св. Писание. Преп. Ефрем достиг такого глубокого знания этого предмета, что прославился впоследствии, как вселенский учитель, своими многочисленными и разнообразными писаниями. Поучениями же своими, который читались публично в церквах после св. Писания, он даже заслужил наименование Сирского пророка286.
При кратком объёме этих «Житий Святых» едва только несколько строк можно поместить при очерке жизни св. Ефрема из произведений этого великого христианского писателя287. И прежде всего вспомнить молитву его, которая читается во время Великого поста, с поклонами: «Господи и Владыко живота моего! дух праздности, уныния, любоначалия и празднословия не даждь ми! Дух же целомудрия, смиренномудрия, терпения и любве даруй ми, рабу Твоему. Ей, Господи Царю! даруй ми зрети моя прегрешения и не осуждати брата моего, яко благословен еси во веки веков, аминь».
Вечную память о себе из рода в род и из уст в уста оставил молитвенник Божий, и место хранения её – сама Церковь!
Чувством смиренного сокрушения о грехах проникнуты все размышления преп. Ефрема, но нераздельно с ним присутствует непоколебимое упование на милосердие Божие.
Плакать для Ефрема было то же, что для других дышать воздухом, – день и ночь лились у него слёзы, – говорит о нём св. Григорий Нисский, – но лицо Ефрема цвело и сияло радостью, тогда как ручьи слёз лились из глаз его. Ефрем и там, где говорит о сокрушении, возносится мыслью к благости Божией, изливает благодарение и хвалу Всевышнему... Во всех словах и делах его исторгалось из души его псаломское слово: «на Него упова сердце мое.
Сам Ефрем говорит о себе: «когда ложусь я для отдыха, любовь Твоя к людям, Господи, приходит мне на мысль, и я встаю среди ночи, чтобы благодарить Тебя. Но воспоминание о грехах устрашает меня, и я начинаю изливаться в слезах, готов даже упасть духом, если бы не поспешили укрепить меня полумёртвого – разбойник, мытарь, грешница, хананеянка, кровоточивая, Самарянка»...
«В один день, – пишет пр. Ефрем, – встав очень рано, вышел я с двумя братиями из благословенного города Едессы288; возвёл очи свои на небо, которое, подобно чистому зеркалу, со славою осиявало звёздами землю, и в удивлении сказал: – если звезды сияют с такой славой, то не более ли воссияют неизреченным светом Спасителя праведные и святые, творившие волю Святого Бога, в тот час, когда придёт Господь?»
«Но лишь я вспомнил о том страшном пришествии Господнем, как содрогнулись кости мои; душа и тело затрепетали; я заплакал с болезнью сердечной и сказал, воздыхая: каким я, грешник, окажусь в тот страшный час? Как предстану престолу страшного Судии? Как мне, рассеянному, иметь место с совершенными? Как мне, бесплодному, явиться в число тех, которые принесли плоды правды? Что мне делать, когда святые в чертоге небесном будут узнавать друг друга? Кто признает меня? Мученики покажут свои раны; подвижники – свои добродетели; а я что покажу, кроме лени и нерадения?»
Преп. Ефрем был рукоположен в пресвитеры, но считая себя недостойным этого высокого сана, он никогда не решался совершать литургию.
Но поучениями своими охранял Едесскую церковь от распространившихся тогда различных ложных учений: «Христов воин, облечённый всеоружием Христовым, – говорит о нём один древний биограф его, – открыл войну с врагами Христовыми, особенно же с нечестием Вардесана и его последователей». Он защищал против них догмат о воскресении мёртвых.
«Песни об умерших» в поэтическом отношении – лучшие из произведений препод. Ефрема. Из них видно, что поминовение усопших издревле входило в состав церковной службы. «Поминайте меня, братия и друзия мои, ради Бога, разлучившего меня с вами», – говорится в одной из его песен, – «когда сонм ваш стоит на служении, да вознесётся молитва ваша и отрясёт прах с очей моих».
В этих же песнях Ефрем представляет, что молитвы и дела милосердия, совершаемые живыми за умерших, полезны усопшим.
Среди благодетельных трудов своих, которыми сам смиренный Ефрем всегда был не удовлетворён, пожелал он посетить пустынножителей Египетских и знаменитых учителей веры, чтобы поучиться от них. О пребывании его у отшельников на горе Нитрийской так говорит Иоанн Колов: «был у нас здесь человек Божий Сириянин, старец великий между отцами, просвещённый умом и сердцем». Отсюда проехал препод. Ефрем в Кесарию, где виделся со св. Василием Великим289. По возвращении в Едессу, пожелал он остальную жизнь провести в уединении и поселился за городом; но снова отправился в Едессу, чтобы оказать помощь жителям словом своим во время бывшего там голода, и действительно успел склонить богатых делиться с бедными своими запасами хлеба, которые, прежде того, они и продавать не хотели. По возвращении из Едессы Ефрем вскоре заболел и, написав «завещание», мирно скончался, около 373 г.
«Прославлять надобно того, кто – в устах всех христиан, Ефрема Сирина, того Ефрема, которого жизнь и наставления сияют в целом мире» – пишет о нём св. Григорий Нисский.
Так оправдалось в жизни препод. Ефрема сновидение его родителей о нём, когда ещё он был дитём... Виделось им, что виноградная лоза разрастается из уст Ефрема и покрывается гроздьями; птицы небесные питаются ими, а плоды всё умножаются... И действительно, не одни только современные жители Сирии и Месопотамии питались словом препод. Ефрема, но и для отдалённого потомства всех христианских стран плоды слова его составляют неистощимую целебную пищу душевную.
Между учениками препод. Ефрема многие290 также прославились сочинениями и святостью жизни и содействовали распространению христианского просвещения в Сирии.
† Преставление преп. Ефрема Новоторжского
![](/otechnik/assets/build/html/36228/binary71.png)
Св. преп. Ефрем Новоторжский
Преп. Ефрем был родом из Венгров. Между этими поздними поселенцами Карпат семена христианской веры первоначально посеяны были Востоком. Князья их Булозуд и Гилас в половине X века крестились в Константинополе; последний посвящён был в сан епископа Венгерского291 и успел много сделать для распространения чистой, святой веры между Венграми, особенно через брачный союз дочери своей с королём Гейзой292.
Сын Гейзы, король (с 997 года) Стефан, крещённый ещё в юности, после того, как брачным союзом с Бургонской принцессой вступил в родственные связи со многими владетельными домами Запада, уклонился в суеверное уважение к папе293; призвав толпы западных монахов, он дозволил им фанатически действовать как против язычников, так и против христиан восточного исповедания294.
Без сомнения, эти-то насилия фанатизма всего более заставили Ефрема и его двух братьев, Георгия и Моисея, удалиться в Россию. Здесь вступили они в службу к святому князю Борису. Но и здесь пришлось им видеть жалкие происки папизма. При жизни Владимира, к Святополку прибыл с дочерью Болеслава Польского бискуп Рейнберг; он стал подучать Святополка восстать против отца, чтобы потом отторгнуть юную Русскую церковь от Восточной.
Владимир узнал об этом и посадил сына вместе с учителем в тюрьму, хотя по настоянию Болеслава и освободил потом.
«В темнице, – говорит западный писатель, – почтенный отец совершил то, чего не смог совершать открыто»295. Что же такое совершил? совратил в папизм? без сомнения, это делано. Но не сделано ли и более того? не тот же ли, кто возбуждал сына против отца, научил Святополка восстать против братьев, чтобы княжить одному и распространить власть папы на Россию? Опыты такой политики отцов Римских очень известны. Когда св. Борис умерщвлён был жалким воспитанником бискупа (1015 г.), а с ним убит и любимый брат Ефрема Георгий, – блаженный Ефрем пришёл на берега Альты (вероятно из Ростова, где мог оставаться в отсутствие князя); ему хотелось отыскать тело любимого брата, но он обрёл только главу его, которую узнал по особому признаку. Оплакав потерю брата на Альте, он взял с собой дорогую главу его и, приняв (вероятно в Киеве или Переяславле) иночество, удалился от бурь суеты на берег реки Тверцы296. Здесь, в Новом Торжке, принадлежавшем тогда, как и долго после, к Новгородским владениям297, построил он странноприимный дом. Подвиг странноприимства был тогда подвигом Церкви; она принимала странников под свою защиту, покоила, питала, одевала; по уставу Владимира они были люди церковные. Лучшие Русские христиане высоко уважали подвиг странноприимства и считали его святым подвигом. Такой подвиг принял на себя блаженный Ефрем, отказавшийся от мирских почётных должностей и утешений.
Этот подвиг совершал он с любовью несколько лет.
Когда открылись мощи св. князей, блаженный Ефрем в 1038 году создал каменный храм в честь св. мучеников и при нём основал монастырь. Он веселился духом, что в его храме верующие славят св. князей, к которым он при жизни был так близок. Свободной душой молился он любимому князю своему, прославленному Господом.
Он подвизался в посте и молитвах и ревностно наставлял благочестию братию обители своей298; препод. Ефрем достиг высокой духовной силы и мирно почил в глубокой старости, 28 января 1053 г.299. По его завещанию, с ним положена была в гроб и глава брата его Георгия, убиенного вместе со св. Борисом.
Из числа учеников его особенно ревновал подражать строгой жизни учителя Аркадий. Он начально подвизался на родине в Вязьме, уединённо занимаясь молитвой, на том месте, где ныне женский Аркадиев монастырь. Св. Ефрем, увидавшись с ним доро́гой из Киева в Торжок, полюбил его; Аркадий сперва посещал Ефрема в Торжке, а потом остался навсегда в его обители, принял иночество и до гроба шёл путём строгого подвижничества300.
Ещё в начале XIV века обитель Ефремова хранила у себя житие преподобного основателя своего и вместе с тем благоговейно чтила память его. В 1315 г. князь Михаил Ярославич, после победы над князем Афанасием, сторонником Новгородцев и брата своего князя Юрия Даниловича, захватил все имущества Новоторжцев и в том числе взял в Тверь и дорогое житие преп. Ефрема; обитель не успела выкупить своего сокровища, как оно сгорело в Тверском пожаре301.
Так говорит «житие» XVI века, где описаны многие чудеса преподобного, происходившие при царе Грозном. Из них самое замечательное следующее: Черемисин и Замятня-Завоплюцкий везли царскую казну в Новгород и на дороге грабили народ. Замятня строго потребовал от обители Ефремовой, чтобы её люди везли казну водой. Иноки заняли в городе значительную сумму денег и ею купили у Замятни свободу от его насилий. Замятня, плывя Тверцой, уронил в воду деньги и затем сделался отчаянно болен. Товарищ его ужаснулся; вместе с больным отправился в обитель Ефремову и вознаградил пострадавшую обитель, а больному явился старец и, сделав выговор за неправды, возвратил здоровье302.
Нетленные мощи преп. Ефрема почивают в богатой серебряной раке – и при них – глава брата его Георгия303.
† Воспоминание о св. Ефреме, митрополите Переяславском
Сын благородных родителей, Ефрем служил при великом князе Изяславе Ярославиче в должности казначея, заведуя всем хозяйством его. Соскучив шумной и суетливой жизнью, он пришёл к преп. Антонию и умолял святого подвижника принять его в пещеру молитв. Преподобный, преподав ему наставление о пути к спасению, передал его блаженному Никону, чтобы тот постриг его в иночество. Никон, исполняя волю святого старца, облёк его в иноческие одежды. Это навлекло на препод. Антония и его пещеру сильный гнев великого князя.
Блаженный Ефрем отправился в Константинополь изучать христианскую жизнь в примерах и памятниках его304. Благочестивое путешествие оказалось благодетельным не для одной души Ефрема. Блаженный принёс с собой в Россию как знание устава монашеской жизни церковного благочиния, так и достаточные познания в церковной архитектуре. По поручению преп. Феодосия, списал он в Константинополе Студийский устав и доставил его в Печерскую обитель. Это было не раньше 1063 г.305.
Блаженный подвизался опять в Печерской обители несколько лет. Когда скончался Переяславский епископ Николай, так же, как и Ефрем, постриженец пещеры, – святой митрополит Иоанн 2-й удостоил Ефрема сана епископа Переяславского. Слабое здоровье митрополита Иоанна 3-го, не дозволявшее много заниматься делами, и личные высокие качества Ефрема, известные и в Константинополе, достаточны были для того, чтобы доверить блаж. Ефрему управление делами митрополии. В 1090 г. он называется в летописи митрополитом, хотя жил тогда в любимом Переяславле306.
В 1091 г. установлено им в Русской церкви празднование перенесения мощей святителя Николая307. Самым приятным занятием для него было строить храмы к славе имени Божия и в пользу душ христианских. В Переяславле построен им обширный каменный храм архангела Михаила, бывший потом кафедральным, и потом другой храм при воротах, в честь Апостола Андрея. Он оградил Переяславль каменной стеной, а это очень нужно было для города, открытого нападениям хищных Половцев.
И в отдалённом Суздале, но подведомом Переяславскому князю, построены им два храма, и один, в честь великомученика Димитрия, снабжён сёлами. Нестор говорит ещё, что блаж. Ефрем устроил «каменное строение банное, чего дотоле не было в России»308. По другим известиям, блаж. Ефрем открыл в разных местах больницы, где безвозмездно пользовались больные309. Средства для такого числа построек и заведений могли доставить ему происхождение и служба при великом князе; но без искренней любви Евангельской в сердце средства эти употреблены были бы иначе. Блаж. Ефрем за свою любовь к Господу получил от Христа дар творить чудеса при жизни и по смерти. В 1096 году он посвятил преп. Никиту в епископа Новгородского и в том же году скончался310. Древняя летопись называет его преблаженным, а последующие – чудотворцем и святым311. Мощи его почивают в пещерах преподобного Антония312.
† Преставление преп. Феодосия Тотемского
![](/otechnik/assets/build/html/36228/binary72.png)
Св. преп. Феодосий Тотемский
Преподобный Феодосий, по фамилии Суморин, родился в Вологде313. Воспитанный в страхе Божием, он и в юности отличался благочестивым настроением души. По настоянию родителей своих вступил он в брачную жизнь и имел дочь Марину; но любовь супруга и родителя не отвлекала его от любви Божией; он усердно посещал храм Божий и во время Богослужения уединялся от людей, чтобы не развлекаться ничем земным; душа его постоянно стремилась к высшему духовному совершенству. По смерти родителей вступил в Прилуцкую обитель преп. Димитрия и принял иночество. Здесь усердно проходил он тяжёлые послушания, носил воду, рубил дрова, а вместе с тем соблюдал строгий пост и не оставлял славословий храма. Воля настоятеля Прилуцкого указала ему надзирать в Тотьме за солеваренными заводами обители. Феодосий полюбил пустынную тогда Тотьму и, найдя между жителями её ревнителей иночества, положил основать здесь обитель; ему понравился высокий мыс между реками, впадающими в Сухону, отенённый лесом и горой. Место это принадлежало Марье Григорьевне Истоминой; но благочестивая вдова, узнав о желании Феодосия устроить здесь монастырь, с радостью уступила ему свою собственность314. Получив благословение игумена своего на своё благочестивое намерение, Феодосий поставил на новом месте крест и выкопал себе пещеру. В 1554 году отправился он в Москву к царю и митрополиту с просьбою жителей Тотьмы дозволить основание новой обители близ Тотьмы. «В Тотьме и во всём Тотемском уезде, – писали Тотемцы, – нет ни одного монастыря; кто захотел бы при старости или при смерти принять пострижение, постричься негде. Старец Феодосий Суморин желает воздвигнуть в Тотьме церковь и монастырь». Потому просили дозволить исполнить желание Феодосия и их общее. В 20-й день февраля 1554 г. дана несудимая грамота, которой царь дозволил Феодосию строить храм и обитель близ Сухоны, на избранном месте, и освободил новый монастырь от суда наместника Тотемского. Митрополит дал знать Ростовскому архиепископу, в ведении коего была тогда Тотьма, дабы выдана была благословляющая грамота на построение храма и обители. На обратном пути Феодосий снова заходил и в Прилуцкую обитель испросить благословение великого угодника Божия на своё предприятие, и получил в благословение икону Божией Матери, известную поныне в обители его с именем Суморинской чудотворной иконы315. В 1556 г., вследствие просьбы его, дана ему другая царская грамота, которой дозволено ему иметь на Тотемских солеварнях монастырские трубы и добываемую соль продавать без пошлины, в пользу обители. Попечительный основатель обители приобрёл куплей и вкладами и другие угодья для обители, как говорит он в своём завещании. Он обновил ещё бывшую в Тотемском уезде пустынь Ефремову и завёл в ней братство316. Быв настоятелем двух обителей, Феодосий не уменьшал подвиг борьбы с самолюбивой и ленивой природой, а увеличил их: на теле его лежали вериги, а поверх их жёсткая власяница; вериги врезались, наконец, в тело его, но он терпел боль; строго исполнял он правила иночества и особенно любил служение храма. Братию назидал наставлениями и примером жизни своей.
Для общей пользы их приобретены им, как видно по завещанию, учительные книги: Ефрем, Златоуст и два сборника, – Богослужебные: Евангелие, Псалтирь со следованием, трефолог, два молитвенника. Перед смертью, в духовном завещании своём, говорил он: «дать от меня на Прилуки Спасу 10 р., и в Тотьме всем церквам по полтине на сорокоусты». Назначив подарки близким к нему людям, говорил: «в синодике записан род мой; если исключите его и меня – всемилостивый Спаситель пред вами; усердно прошу вас выполнить всё, что написано в этой памяти, – не берите тяжести на свою душу и меня не отягчайте.
Простите меня грешного для Бога, – поминайте в молитвах. И вас Бог простит»317. Так преподобный не думал, как думали современные ему проповедники реформы, что поминовение умерших – суеверие бесполезное. Он лучше их понимал и сердце человеческое, и учение откровенное; он видел, что ни то, ни другое не ставит у могилы предела для любви христианской, и действий молитвы пред распятым Спасителем мира не пресекает у гроба (Иак.5:16); смиренный не на одних словах, он считал не христианским делом надеяться на свою правду или веру и не чувствовать нужды в помощи других.
Блаженная кончина его последовала 28 января 1568 г., и он погребён был в основанной им обители, вблизи храма318.
Не прошло и 40 лет после кончины блаженного Феодосия, как уже начались исцеления при гробе его. Девица Ирина, полтора года лежавшая расслабленной, получила здоровье; слепая Иустина – зрение; жене воеводы Тотемского, обезумевшей, возвращён смысл; иноку Уару – здоровье. В 1626 г. написана была икона преп. Феодосия со слов столетнего старца Козьмы Любевцова; в 1635 г. написан был другой образ, в большем виде, и положен был на самой гробнице, над которой устроена и сень.
В 1659 г. пожар истребил помост храма и решётку близ самой раки; а рака с сенью, иконами и покровами осталась невредимой. В 1729 г. сочинена была служба на день преставления преп. Феодосия, и обитель совершала по ней празднование основателю своему319.
В 1796 г., при копании рва для нового храма Вознесения Господня, обретён был гроб и в нём покрытое схимой нетленное тело начальника Феодосия: глава, руки, весь состав и даже одежда были целы. После трёхкратного свидетельствования Святейшим Синодом определено (30 сентября 1798 г.) празднование новоявленному чудотворцу преп. Феодосию совершать повсеместно 28 января. Император Павел, посылая в обитель полную ризницу крестчатого бархата, писал (8 января 1799 г.): «духовное принося благодарение Промыслу Творца Всевышнего за озарение начала царствования моего явлением и многими чудотворениями святых мощей преподобного Феодосия, Тотемского чудотворца, в изъявление благоговения моего к оным, посылаю в обитель преподобного полную бархатную ризницу для соборного священнослужения. Приемля сердцем чистым и благодарным сие на дни наши излияние Божия благодати, духовно молю, да всегда она на мне и на царстве моем пребывает»320.
Преп. Исаака Сирина, епископа Ниневии († в конце VII века)
Он оставил после себя много сочинений высокого духовного содержания. «Душа, которая однажды предала себя Богу, – говорит пр. Исаак, – верою и многими опытами приобрела чувство содействия Его, не заботится более о самой себе... Иначе противодействием разума она лишилась бы Божественного Промысла, втайне посещающего её, непрестанно пекущегося о ней и неотступно сопровождающего всеми способами. Те, в которых восходит Свет веры... умными очами веры каждый час видят отеческий Промысл, коим осеняет их истинный Отец».
* * *
Пр. Ефрем родился в г. Низибии, в Месопотамии, в начале IV стол.
См. подр. о сочинениях его: «Учение об Отц. Церкви», Фил. архиеп. Черниг.
В Едессу переселился преп. Ефрем уже по смерти св. Иакова Низибийского.
См. выше – излож. жизнь св. Васил. Велик. январь.
Авраам, Симеон, Мара, Зиновий и другие.
Кедрина лет. р. 524.
О значительном распространении христианства между Венграми до 977 г. писал и Пассауский бискуп Пильгрим в письме к п. Венедикту VI. Mansi Concil. Т. XXIX. Замечателен дух, каким жили Венгерские христиане того времени: ita Concordes sunt, говорит бискуп, pagani cum christianis tanquam ad invicem habent familiaritatem, ut illic videatur Isaiae impleri prophetia: lupus et agnus pascentur simul. Эта любовь кроткая, эта терпеливость учеников Востока поражали бискупа конечно потому, что он не видал ничего подобного между питомцами папы, каков был Войтех.
Это отчасти видно и из завещания его сыну, напечат. in Act. San ctor. Septembr. T. I. p. 544 S.
См. Neanders Kirchengeschichte IV века S. 87–89.
Ditmar Chronicon. lib. 7. 4. 52. Naruszewicz, Hist. narodu polskiego IV 2633. III, 4.
Пролог 28 января; Нестор о св. Борисе и Глебе и в летописи. Третья Новгородская летопись под 1015 г.: «преп. отец наш Ефрем Новоторжский бе в сия времена». Собр. л. 3, 208.
Киевская летоп. под 1147 г.: «иде Гюрги воевать Новгородской волости и пришед взя Новый торг, и Мьсту всю взя». Договорная грамота Новгорода с великим князем 1255 г. «А се, княже, волости Новгородские: Торжек, Бежице, Городец» и проч.
Ркп. житие пр. Ефрема. Пролог. 28 янв. ист. иер. 3, 417.
Ркп. житие (б. общ. ист. № 44): «пр. Ефрем отъиде от нынешнего века в вечный покой в л. 6561 (1063)». Ркп. святцы: «пр. Ефрем, архимандрит Борисоглебского монастыря, преставися в л. 6561 месяца января 3 в 28 день, а перенесены мощи его в л. 6574 (1066) июля в 11 день»; в печ. житии сказано, что он преставился в 6523 (1015) г. – это обмолвка, Преп. Ефрема называли архимандритом только потому, что в 1572 г., когда вновь открыты мощи его, обитель его уже была архимандрией.
Опис. Смоленской епархии, стр. 309–312.
В ркп. житии Тверской князь назван князем Михаилом Александровичем. Но это – очевидная ошибка. При князе Михаиле Александровиче († 1399 г.) не было в Торжке кн. Афанасия. Напротив, очень известна по летописям битва кн. Михаила Ярославича с кн. Афанасием Даниловичем у Торжка 1315 г., см. Львов, л. 2, 70. 71. Русск. времен. 1, 153, 154.
Ркп. служба преп. Ефрему у Царского № 378, 563. Между ркп. патр. Филарета, по описи 1630 г. «стихиры и канон Ефрему Новоторжскому». Иванова описание госуд. архива, стр. 293. М. 1849 года.
Описание Тверской губернии, Тверь, стр. 77.
Нестор в житии преп. Феодосия.
Нестор в житии Феодосия; см. мая 3, прим. 29.
Собр. лет. 1, 89, 90. 2, 278, 358. Ист. Русск. Церкви 1, 160, 199–202. Пишут: «по смерти епископа Переяславского Петра был он (Ефрем) рукоположен митроп. Киевским Ионой». Никакая летопись не знает Киев. митроп. Ионы, современного Ефрему. Блажен. Симон говорит, что после Леонтия и Илариона поставлены из Печерской обители епископы Николай и Ефрем, оба в Переяславль. В 1072 г. при перенесении мощей св. князей были Переяславский епископ Пётр и Переяславский игумен Николай (собр. лет. I, 78); Пётр по древнему списку считается первым Переяславским епископом (собр. лет. 2, 338). Итак блаженный Ефрем рукоположен в епископа не после Петра, а после Николая. Г. Максимович (о древн. Переяславской еписк. в Чтен. М. Общ. Ист. кн. 4. 1858) справедливо полагает, что отдельная Переяславская епархия учреждена около 1054 года вслед за тем, как Ярослав назначил Всеволоду Переяславл; а до 1031 года жили в Переяславле Киевские митрополиты. Но г. Максимович напрасно допускает трёх современных Ефремов – Ефрема Переяславского, Ефрема митрополита Грека Митиленского и Ефрема епископа суздальского. Суздаль был тогда под ведением Переяславского князя и след., Переяславского епископа Ефрема; Никон. лет. и Степ. кн. строителя разных зданий Ефрема Переяславского выводят из Митилены, – а не другого Ефрема. Равно вопреки памятникам г. Максимович называет Николая первым Переяславским епископом.
Собр. лет. III, 213. Карамз. 2, пр. 161.
Собр. лет. I, 89, 108, 109. II, 10. 277. VII, 5. Никон. лет. II, 17.
Степ. кн. I, 229. Никон, лет. I, 192.
Степ. кн. I, 229. Собр. лет. I, 112, III, 122. Никон. лет. I, 192. II, 17.
Собр. лет. II, 10. I, 128. VII, 25. Степ. кн. I, 229.
Опис. Киевск. лавры 290, 292. У Кальнофойского: «святый старец Ефрем резанец (евнух) кн. Изяслав». В ркп. святцах: «преп. Ефрем евнух».
Ркп. житие преп. Феодосия с чудесами. Нафанаила описание Тотемского монастыря. М. 1850 г.
«Се аз Марья, Григорьева дочи, а Истоминская жена, да с своими детьми, с Феодором да Петром, да со внуком Ивановым сыном, приданово дали есма старцу Феодосию Суморину, от отца своего благословение пустошь Симакинскую на Песье Денге и на Ковде со всем угодьем, что к ним исстари потягло... и дали есма ему на монастырское строение... Данную писал Коземка Иванов, сын Тараканов, л. 7061 (1553) августа в 10 день».
На ризе иконы надпись: «в Спасо-Суморинскую обитель сей святой образ принесён руками преп. Феодосия, Тотемского нового чудотворца, из Спасо-прилуцкого Вологодского монастыря, в 1554 г. июня 29 дня». Эта надпись, очевидно, не древняя, но она основана на древней монастырской описи.
Ист. иер. VI, 417. 419. Нафанаил, стр. 5–21, 28, 45.
Ист. иер. VI, 418. «А духовную писал память Игнашка Гостко, Федоров сын, лета 7076 (1567) декабря 19 дня».
Над гробом преподобного положена была каменная плита с надписью: «Лета 7076 ианнуария 28 дня преставися раб Божий строитель и начальник сей пустыни Феодосий Улиянов Суморин». Эта плита от пожаров раздробилась.
По ркп. святцам XVII века: «преп. Феодосий, Суморина монастыря игумен, иже на Сухоне реце и на речке Песьядентя». Нафанаила опис. мон., стр. 35–37.
Собр. зак. т. 25. № 8. 652. Нафанаила опис., стр. 38–42.