Том I
На реках Вавилонских (1957 г.)
Многие любят это глубоко-трогательное песнопение – псалом 136-ой, который воспевает наша Церковь в течение трех предшествующих Великому Посту воскресных дней, непосредственно вслед за обычными полиелейными псалмами.
Да и как не любить его?
Сколько невыразимо-скорбной тоски, сколько необычайной силы и глубины чувства сокрыто в этом печально-величественном гимне иудеев, за грехи свои потерявших свое возлюбленное отечество – светлый Сион – и отведенных в мрачный плен вавилонский!
«На реках Вавилонских тамо седохом я плакахом, внегда помянути нам Сиона... На вербиих посреде его обесихом органы наша… Яко тамо вопросиша ны пленшии нас о словесех песней, и ведшии нас о пении: воспойте нам от песней Сионских!... Како воспоем песнь Господню на земли чуждей? – Аще забуду тебе, Иерусалиме, забвена буди десница моя! (Псал. 136, 1–5).»
Какое поучение, какой назидательный смысл для нас, однако, в этом песнопении, и почему поется оно перед наступлением Великого Поста?
Скорбный гимн этот, как и все поучительные прообразы Ветхого Завета, имеет в христианстве весьма важное общечеловеческое значение, но для нас, православных русских людей, подобно ветхозаветным иудеям, лишившихся своего отечества, он особенно близок и не может не затрагивать самых чувствительных и сокровенных струн нашего сердца.
Как это несомненно явствует из всей многовековой истории нашего народа, мы, православные русские люди, представляем собою в Новом Завете или, по крайней мере, до сего времени представляли, новый избранный народ Божий – «Новый Израиль». Об этом красноречиво свидетельствуют безчисленные сокровищницы Божественной благодати, которыми так обильно была наделена русская земля, в виде множества чудотворных икон и св. мощей прославленных угодников Божиих, постоянно источавших дивные знамения и чудеса. Это же утверждали и многие духоносные мужи, которых воздвигала благодать Божия из среды нашего народа. И чудесный Промысел Божий над русским народом столь во многом напоминает нам те ветхозаветные времена, когда Господь Вседержитель «рукою крепкою и мышцею высокою» Сам направлял судьбы Своего избранного народа.
Это, – следовательно, не пустая похвальба. Это – великая милость Божия к нам, которой мы – увы! – не ценили, как должно, а в последнее время и совсем перестали ценить.
Последствия нашего неразумия – налицо!
«Господь вверил нам, русским, великий спасительный талант Православной Веры» – так говорил об этом нашем призвании приснопамятный праведник наш, великий молитвенник и чудотворец о. Иоанн Кронштадтский. Ведь в течение всей второй половины новозаветного периода, в котором мы ныне живем, русский народ был таким же верным хранителем и твердым оплотом единой истинной веры в Бога, каким в ветхозаветный период был народ иудейский – Ветхий Израиль. И не удивительно поэтому, что в судьбах того и другого – так много общего.
Нам вверен был Богом «великий спасительный талант Православной Веры» – без сомнения не для того, чтобы мы зарывали его в землю или безумно расточали, оскверняя святость и чистоту его неподобными делами. Назначение наше было в том, чтобы, через ревностное приумножение этого великого таланта, стать светильниками для всего мира, не ведущего Христа, или, в ослеплении своем, от Христа и подлинной веры в Него отступившего.
Но, увы! Позавидовал нам враг вселукавый и прельстил нас, как некогда Адама и Еву, прельщением пагубным. В ложном освящении представил он все милости Божии к нам – все те безчисленные сокровища благодати Божией, которыми мы обладали. Тесно и скучно показалось нам в Дому Пресвятой Богородицы, как издревле именовалась наша Родина – Святая Русь. Потянуло нас, как евангельского «блудного сына», «на страну далече»: прельстились мы мишурным блеском и обманчивыми благами глубоко чуждой нам и ничего не дающей, ни уму ни сердцу, западной лже-культурой, бездушной и безбожной, человека в его безумной гордыне на место Бога поставившей.
И так как, «познавши Бога», мы «не прославили Его, как Бога, и не возблагодарили, но осуетились в умствованиях своих, и омрачились несмысленныя сердца наша; называя себя мудрыми, мы обезумели, то и предал нас Бог постыдным страстям и превратному уму делать непотребства... Так что исполнены мы всякой неправды, блуда, лукавства, корыстолюбия, злобы, зависти, убийства, распрей, обмана, злонравия, злоречивы, клеветники, богоненавистники, обидчики, самохвалы, горды, изобретательны на зло, непослушны родителям, безразсудны, вероломны, нелюбовны, непримиримы, немилостивы» (Римл. I, 21–31).
Неправда ли, как все эти черты, которыми св. Апостол Павел охарактеризовал языческий мир, отступивший от истинного Бога, подходят и к нам, православным русским людям, не устоявшим на высоте своего призвания?
Какая живая тут нарисована картина всего того, что творилось у нас в последнее время перед революцией и что именно привело нашу Родину к страшной, потрясающей кровавой катастрофе!
И вот, вследствие всего этого, сидим мы ныне в изгнании, «на реках Вавилонских», а братия наши, оставшиеся дома, на родной земле, страждут под страшным гнетом рабства, не лучшим Вавилонского пленения. И все вместе мы горько воздыхаем о своем прежнем, по безразсудству нашему утраченном отечестве.
«Аще забуду тебе, Иерусалиме, забвена буди десница моя!...»
Где ты теперь, некогда Святая Русь? Где наш пресветлый Дом Пресвятыя Богородицы? И можно твердо и уверенно сказать: тот уже не русский человек, у кого трогательное песнопение: «На реках Вавилонских» не вызывает подобных мыслей и чувств, у кого слезы не подступают к горлу, когда он его слышит...
Так оно нам близко и так отвечает теперешнему нашему положению!
Но при всем том, не забываем мы, однако, и общечеловеческого, общехристианского значения этого песнопения. И не только не забываем, а под впечатлением бедствия, постигшего нашу родину, даже еще сильнее его переживаем.
Эта наша русская скорбь, как и скорбь ветхого Израиля, есть только образ, земное отображение великой скорби всего человеческого рода, отлученного за грехи свои от своего небёсного отечества – от той вечной славы Божией, от того райского блаженства, к которому мы от сотворения предназначены. Все мы, грешники, поскольку мы коснеем в своей нераскаянности и упорно продолжаем жить во грехе противления Богу и Его святым заповедям, находимся в мрачном томительном плену у мучащего нас врага Божия и врага человеческого спасения – диавола, на мысленных «реках Вавилонских», далеко от своего вожделенного отечества – уготованного нам Богом вечного блаженства. Все мы – «странники и пришельцы на земли сей» скорбим и тяжко страдаем в этой земной «юдоли печали и слез». И сознательно или безсознательно все мы воздыхаем о нашем небесном отечестве, и ничто на этой грешной земле не может дать нам полного удовлетворения, ибо здесь не бывает ни одной «житейской сладости», которая была бы «печали непричастна».
Так это и должно быть, ибо, по слову Апостола, «наше житие на небесех есть, отонудуже и Спасителя ждем Господа нашего Иисуса Христа» (Фил. 3, 20).
Не напрасно, не без особой цели приводит нам на память в эти дни Св. Церковь Страшный Суд. Как бы ни отгоняли от себя современные «христиане» неприятную для них мысль о кончине мира, Втором Пришествии Христовом и Страшном Суд, все сие неизбежно должно совершиться. И услышат тогда все неверы, все упорные нераскаянные грешники, все слишком «умные» и «перед собою разумные (Ис. 5, 21) страшный приговор нелицеприятного Судии: идите от Мене, проклятии, во огнь вечный, уготованный диаволу и аггелом его» (Матф. 25, 41).
«И идут сии в муку вечную» (Матф. 25, 46).
Все это напоминает нам, сынам и дщерям падшего Адама, Св. Церковь перед наступлением Великого Поста для того, чтобы мы осознали бедственность своего изгнаннического положения, в отлучении от Бога, в плену у диавола, на мысленных «реках Вавилонских», и всей душой возжелали избавления и возвращения в «дом отчий»: чтобы мы, подобно евангельскому блудному сыну, твердо решили покаяться и начать совершенно новую, иную жизнь, по сравнению с той, какую вели до сих пор, и какая привела нашу Родину – Святую Русь – к страшному падению.
Мы должны ясно сознать все наши грехи, как личные, так и общественные: все то, чем мы грешили и продолжаем грешить пред Богом, Его святым законом и спасительными уставами Матери нашей Св. Церкви. Не оправдывать себя и не говорить что так, мол, «все» живут вокруг нас, и что так-де жили отцы и деды наши «еще в царской Росси», а честно осудить себя за все грехи свои и беззакония. И прежде всего – осудить себя за то постыдное равнодушие к невыносимо-тяжким, кровавым страданиям наших братий на Родине, которое так ярко проявляется в устройстве шумных увеселений и развлечений в нашем беженском разсеянии. Это – подлинный «пир во время чумы», свидетельствующий о нашем «окамененном нечувствии».
«Како воспоем песнь Господню на земли чуждей?» – вот какими чувствами должно характеризоваться наше настроение в беженстве, если мы на самом деле, а не на словах только, любим нашу Родину и скорбим об ее утрате. И не повторять заграницей всего того, что привело нашу Родину к гибели!
Мы должны решиться начать жить так, как повелевает звание и достоинство православного христианина: не так, как жили те неразумные русские люди, которые навлекли праведный гнев Божий на нашу Родину, а так, как жили те наши благочестивые предки, для которых христианский идеал СВЯТОСТИ был высшим идеалом жизни, вследствие чего Родина наша получила возвышенное наименование СВЯТОЙ РУСИ.
Только тогда можем мы надеяться, что Господь вернет нам и наше земное отечество – возстановит нашу Святую Русь, а без этого – бесплодны, бессмыслены, бесцельны все наши политические организации, объединения, соглашения, программы, собрания и т. п. и т. п.
«Аще не Господь созиждет дом, всуе трудишася зиждущии» (Пс. 126, 1).
В истине этого изречения, казалось бы, давно мы должны были бы убедиться! Об этом так красноречиво свидетельствует и вся наша многовековая история и многие рухнувшие надежды последних лет изгнания.
Но что, собственно, мешает нам покаяться?
Гордыня наша. Она и есть злейший враг наш, исконный враг всего человечества, увлеченного ею на путь погибели, в мрачный плен Вавилонский – в рабство диаволу.
Сломим же гордыню нашу, примиримся с Богом, Которого мы прогневали, примиримся с ближними нашими, которых мы онеправдовали, простим все, от сердца друг другу, и покаемся. Вот опять широко раскрываются пред нами «двери покаяния». Войдем же ими, пока не затворил их Господь, «яко недостойным нам!»
Наступает Великий Пост, братие. «Се, ныне время благоприятное, се, ныне день спасения» (2Кор. 6, 2)!