![Скриншот](https://azbyka.org/news/wp-content/webp-express/webp-images/doc-root/news/wp-content/uploads/2024/06/23-300x162.jpg.webp)
На днях в ютубе появилась запись дискуссии между самой известной фигурой «Нового Атеизма», Ричардом Докинзом, и его бывшей соратницей, Айаан Хирси Али.
Внимание, которое привлекает Айаан Хирси Али, понятно — сомалийка, первоначально воспитанная организацией «братья-мусульмане», но потом бежавшая в Европу от принудительного брака и сделавшаяся резким критиком Ислама; женщина неевропейского происхождения, сделавшаяся горячей и восхищенной защитницей европейской цивилизации.
Умная и красноречивая, оказавшаяся одной из самых заметных фигур в европейской интеллектуальной жизни, публицист и мыслитель, способная привлечь внимание к тому, что она говорит. В 2005 году Хирси вошла в список 100 самых влиятельных людей мира по версии журнала Time.
Она была, несомненно, чрезвычайно ценной сторонницей движения «новых атеистов», живым примером того, как природный интеллект и вовремя полученное образование освобождает человека из удушающих пут религии. Она, как черная женщина, спасала «новый атеизм» от политкорректных упреков в том, что это движение принадлежит исключительно белым мужчинам.
Ее обращение в Христианство произвело немалое потрясение.
Для атеистического движения, торгующего, главным образом, интеллектуальной гордыней, которое стоит на противопоставлении умных и образованных атеистов глупым и невежественным верующим, обращение женщины, блестящий интеллект которой они сами еще недавно восхваляли, было тяжелым ударом.
Поэтому послушать беседу между двумя знаменитостями было очень интересно.
Хирси Али рассказала о том, что, она, несмотря на свой очевидный успех как автора, примерно десять лет прожила в состоянии депрессии и острого отвращения к себе, и дошла до состояния, когда не хотела больше жить — и только нехватка решимости удерживала ее от самоубийства.
Долгое время психиатры пытались ей помочь, закармливая ее таблетками — пока один из терапевтов не предположил, что дело в чем-то другом, что он определил как «духовное банкротство». Эти слова отозвались в ее сердце — и она решила, раз уже ей все равно нечего терять, молиться. Это привело к тому, что она описывает как «чудо» — она почувствовала связь с Кем-то большим, чем она сама. Этот опыт — который, как она говорит, очень трудно объяснить, привел ее в смирение и она отказалась от своего заносчивого атеизма.
Это обращение произошло не на пустом месте — она упоминает, что, когда она еще была атеисткой, на нее произвело впечатление мягкое, доброжелательное отношение христиан, на которых она нападала и которых высмеивала.
Ее приверженность европейской цивилизации (в которой она видела поразительный контраст с тем миром, в котором выросла) побудила ее задуматься о ее истоках. А истоки эти вполне очевидны — христианская вера.
Более того христианство — не что-то такое, что можно теперь отложить за ненадобностью.
Утрата христианской веры создает пустоту, которую заполняет отнюдь не тот «рационалистический гуманизм», сторонником которого позиционирует себя Докинз, а идеологии вроде вокеизма или радикального исламизма.
Более того, сами «рациональные ценности (эпохи) Просвещения» порождены христианством. Как говорит Айаан Хирси Али, «Просвещение могло произойти только в христианском контексте и является продуктом христианской цивилизации, оно не произошло в Китае, оно не произошло на Ближнем Востоке»
Докинз не спорит с тем, что христианство сыграло определяющую роль в формировании европейской цивилизации, и признает, что «все священники, с которыми он общался, были очень милыми людьми».
Более того, хотя он предпочел бы, чтобы мир обошелся без религии, если ему пришлось бы выбирать, он выбрал бы христианство, а не ислам.
Но он говорит, что для него важен вопрос об истине, а все утверждения христианской веры он полагает «чушью». Докинз продолжает настаивать (после того, как ему десятилетиями объясняют, что это не так) что вера в Бога — это «научная гипотеза», которую он, как ученый, находит неосновательной.
Показателен ответ на вопрос, который ему ставят: «но каково научное объяснение тому, что «страсти по Матфею» Баха трогают вас до слез?»
«Неврология» — отвечает Докинз.
«Христианство зациклено на грехе!» — говорит Докинз
«Христианство зациклено на любви» — отвечает Айаан.
Основной тезис, который бывшая атеистка Айаан пытается донести до Ричарда Докинза — это бесплодие атеизма. Он не может дать людям то, в чем они нуждаются — и на уровне отдельных личностей, и на уровне общества. Докинз этого пока не слышит — но услышат многие другие.
Автор: Сергей Львович Худиев
Комментировать