Вячеслав Казакевич
Вечерня в осенней глуши
Вот стоим мы в церкви: я с женою
сын со свечкой, тоненькой и пылкой,
и священник возле аналоя
в ризе, что протерлась над затылком.
А на небе на алмазном троне
Бог сидит в сияющих обновах,
смотрит вниз из-под ладони,
видит храмик среди волн сосновых.
И, помедлив, сельскую церквушку,
где четыре человека мерзнут,
будто детства дряхлую игрушку,
Поднимает ласково на звезды.
1994
* * *
Вскидывался шляхтич на попоне
и не мог душе своей ответить,
почему деревьям нет покоя,
для чего он сам живет на свете.
Вырывал он из земли березку,
потную склонял со стоном выю
и молил о чем-то Матку Боску,
русскую Заступницу Марию...
– Матерь Божья! Кланяюсь я редко,
но сегодня попрошу негромко:
сжалься над моим оршанским предком,
смилуйся и над его потомком.