Шаховской Семен Иванович
Шаховско́й Семе́н Ива́нович (ум. не ранее середины XVII века) – князь, автор многочисленных посланий, похвальных «слов» святым, автобиографического труда, известного в науке под названием «Домашних записок князя Семена Шаховского», и двух повестей о Смуте.
Жизнь Ш. была богата событиями: в период Смуты он служит Василию Шуйскому, после «отбегает» к Лжедмитрию II в Тушино, потом отправляется к осаждающему Смоленск Сигизмунду, затем оказывается в Новгороде, наконец, присоединяется к Второму ополчению. После Смуты Ш. служит стольником, участвует в переговорах с Польшей 1634–1637 годов, отправляется воеводой в различные города. Будучи воеводой в Енисейске, составил роспись прилегающих к нему земель. Неоднократно подвергался опалам и ссылкам.
Ш. являлся авторитетом для современников в богословских вопросах. Основные сочинения Ш. собраны в двух сборниках, составленных, видимо, самим автором, но писанных не его рукой. Наибольшую ценность представляют две повести Ш. о Смуте: «Повесть известно сказуема на память великомученика благоверного царевича Дмитрия, о убиении его и о преславном обретении телеси, и о язве людстей» и «Повесть о некоем мнисе, како послася от Бога на царя Бориса во отмщение крове праведного царевича Димитрия». Источником для этих сочинении явилась так называемая «Летописная книга», фрагменты которой и вошли с небольшими изменениями в произведения Ш. Но если «Летописная книга» дает целостный обзор событий Смуты, то Ш. в своих повестях (отметим, что вторая повесть является продолжением первой и в сюжетном и в философском плане на это указывает в тексте и сам автор) компонует материал таким образом, чтобы он подтвердил православный постулат о неизбежности возмездия за грех. Иллюстрацией этой мысли является описанное Ш. как божественное наказание низложение Бориса Годунова и Лжедмитрия I. В то же время, по утверждению автора, смирение и терпение не остаются без вознаграждения, примером того у Ш. служит обретение нетленных мощей царевича Дмитрия. Текст повестей Ш. изобилует риторическими отступлениями, ссылками на Священное писание. В своих повестях Ш. преследовал и сугубо личные цели. Так, начиная рассказ о царевиче Дмитрии, автор останавливается на его «многобрачном рожестве» (Дмитрий был сыном Ивана Грозного от седьмой жены, в то время как церковь допускала лишь три брака), но, ссылаясь на Писание, Ш. утверждает законность его рождения. Этот мотив тесно связан с судьбой самого Ш., подвергшегося опале за незаконный, по мнению церкви, четвертый брак.
Ряд исследователей приписывает перу Ш. и «Летописную книгу» (припысваемую также князю И. Катыреву-Ростовскому), под именем Ш. ее издала в 1987 году Е. И. Дергачева-Скоп. Однако тщательное сопоставление текстов памятников – «Летописной книги» и повестей, написанных Ш., – не дает оснований для таких выводов. Вопрос об авторстве «Летописной книги» остается открытым.
Изд.: Повести князя Семена Ивановича Шаховского // РИБ – Санкт-Петербург, 1909. – Т. 13 – Стб 837–876, Послание князя С. И. Шаховского князю Д. М. Пожарскому // Русская силлабическая поэзия XVII–XVIII веков – Л., 1970 – С. 43–55
Лит.: Платонов С. Ф. Древнерусские сказания и повести о Смутном времени XVII века как исторический источник – Санкт-Петербург, 1888 – С. 231–246; Семенова Е. П. Об источниках «Повести преславной» С. И. Шаховского // ТОДРЛ. – М., Л., 1986. – Т. 39 – С. 335–341; Она же. Русская общественная мысль первой половины XVII в. (творчество С. И Шаховского и И. А. Хворостинина) // Автореферат диссертации кандидата исторических наук – Л., 1982; Серова И. Ю. К вопросу о влиянии «Летописной книги» на Повести о Смуте С. И Шаховского // ТОДРЛ. – Л., 1990. – Т. 43 – С. 338–346.
И. Ю. Серова